Не та сказка.

Мямлил, когда мне что-то не нравилось и не мог отстоять свое мнение.

Но все же в тот день я был доволен. Ощущение стянувшей горло лапы ушло, может и не до конца, но все же я увидел дальнейшее будущее. Будущее, в котором я займу не самое низкое положение.

Я решил прогуляться по саду, прежде чем вернуться в свою комнату. День тогда был прохладным, с легким ветром, трепавшим мою шкуру.

Я гулял, особенно ни о чем, не задумываясь, и сам не заметил, как дошел до ворот. Помню даже промелькнула шальная мысль сбежать, которая в тот же момент улетучилась.

Я смотрел на ворота, перейдя через которые я снова буду свободен. Но мне не хотелось, я стоял и не хотел уходить. Ох, эта рабская натура.

- Почему ты не уйдешь?

От неожиданности я подпрыгнул, и повернулся. На меня смотрела худая псина, сквозь облезлую шкуру, которой видны, били ребра. Худые лапы, облезлый хвост встреть я такого пса на улице, мне бы стало его жаль. Но этот же пес, отличался от простой шавки, так же, как мог орел отличатся от курицы.

Весь непотребный вид мерк перед его взглядом. Его два желтых глаза, излучали спокойствие и уверенность, эти два желтых огня внушали оторопь и страх перед его владельцем. Два желтых глаза, превращали его из облезлой шавки в несломленного зверя.

- Ты же… - Я вспомнил волчью шкуру из трофейного зала Волка.

- Ублюдок, - вяло сказал пес - Называй меня просто Ублюдок.

- Это очень обидное имя, - заметил я

- Тебе ли говорить про имена. Я Ублюдок по рождению, твое же имя по призванию. Табаки, тебе, наверное, было обидно его получить?

- Ты знаешь меня? – удивился я.

- Я сижу на цепи, но я не глухой. Звери говорят, звери шепчутся. Меня же при этом никто не воспринимает всерьез. И поэтому я знаю почти все что происходит у нас во дворе. Я знаю кто ты, но я не знаю зачем ты здесь? Мой отец, тебя пленил, он приставил к тебе охрану. Но я вижу тебя, сейчас одного. Свободно гуляющего по саду, но при этом ты не бежишь? Почему ты не бежишь от сюда? Почему ты вообще тут находишься?

- Я? – вопрос меня ввел в ступор, так как я являлся в подчинении самого волка, то никто меня не рисковал спрашивать, о моих делах.

О цели моего присутствия. Но этот бедолага, как будто этого не знал.

Но вопрос был задан, и юлить от него означало что мы что-то скрываем. И поэтому мне пришла в голову мысль сказать ему полуправду.

- Ты знаешь кто такие пилигримы? – спросил я его.

- Нет, я мало что знаю. Я не умею читать и писать, я не обучен ровным счетом ничему.