Быть Бакланом Часть I. Маша и медведи

Как сварганить болотоступы, чтобы не проваливаться в болото по самые гланды, боясь однажды утонуть в трясине. Как по-быстрому сварить суп из мелких лягушек, в условиях аренды котелка на полчаса. И тэдэ и тэпэ. Шаг за шагом, продумывая тактику и стратегию, как в компьютерной игрухе, он постепенно менял шило на мыло, мыло на веревку, а веревкой уже можно было и повеситься.

Иногда он срывался на создание горячего ароматного капучино с прекрасным рисуночком из пены (все, как в рекламном буклете!), прекрасно осознавая, что последующие несколько часов придется бегать по тундре кругами, чтобы согреваться обычным способом.

Выживание было суровым и бескомпромиссным. Более всего Пьер сожалел, что нельзя так просто взять и улететь из этого гиблого места. Нет перьев, нет полетов!

…

Вскоре Пьер, как заправский Робинзон Крузо щеголял в меховых одеждах собственного изготовления, спал в избушке, собственного дизайн-проекта, и приучал диких оленей – в планах было сварганить сани и укатить из тундры, когда снег накрепко уляжется на болотах, стянув их надежным панцирем.

Он уже и забыл про бакланью суть, увлекшись прокачкой навыков и постройкой собственной цивилизации.

Но однажды пришли волки и, проигрывая схватку, Баклан отчаянно обернулся птицей. Смог выскользнуть из волчьих зубов, а заодно обнаружить, что перья отросли и он может снова летать.

Лишь продышавшись и убедившись в безопасности, Баклан сделал небольшой прощальный вираж над местом своей вынужденной зимовки, а потом махнул на юг, в теплые края. Заодно, давно хотел навестить тот самый остров, проведать своих «питомцев».

Что-то ему подсказывало, что он сам себе баклан! Забыл про мага и его Янку, а те, видимо, выбрались домой и там подтянули все имеющиеся ресурсы. В том числе и его, бакланьи. Учитывая, что магический четырехугольник связал его, баклана и два рубина, отразился от книги и попал в медальон – эти вещи, наверняка, функционировали в связке. И если «баклан» и книга были у Пьера, то власть над рубинами и медальоном все еще была в руках Макса.