Хроники падшего

Не прошло и секунды, как стеклянный кружок дверного глазка потемнел, а после открылась и сама дверь.

— Наконец-то! — На пороге стоял Михаил с широко открытыми глазами. — Проходи, оно точно в доме.

Я зашёл в дом и принялся отряхивать ноги от прилипшего снега. Прислонившись к арке, ведущей в основной холл дома, в тонком шёлковом халате стояла заспанная Ева. Она посмотрела на попугая, затем на меня:

— Коля, извини, что потревожили тебя. Мише кажется, что в доме кто-то есть, — с печалью в голосе произнесла она.

Михаил резко повернулся к Еве и прошептал:

— Не кажется мне! Он тоже слышал и даже видел, когда приходил вчера утром!

— Боже, ты уже приводил своего друга сюда ради своих бредовых идей? — ужаснулась девушка. Я как раз закончил с обувью, а потому она спросила у меня: — Что вы тут слышали и видели? Это правда? Или он, — Ева толкнула Михаила локтем, — всё придумал?

Ларкен молча сидел на плече и внимательно следил за развитием ситуации.

Человеческий силуэт девушки подёргивало, сквозь него то и дело пробивалась совершенно чужая аура. Аура страха, та самая, что оставила свои следы на полке с куклами в квартире Никаноровой. Существо грамотно маскировалось, со стороны Ева продолжает выглядеть нормальным человеком. Но на меня такие фокусы не действуют, от моих глаз не укрыться.

Существо пока не знает, что я его обнаружил, или старательно маскирует этот факт.

— На улице давным-давно ночь, у меня на неё были совершенно другие планы. Давай, я быстро осмотрю дом, скажу, что всё в порядке и поеду по своим делам, а вы вернётесь ко сну.

Ева улыбнулась и кивнула. Отлично, она расслаблена.

— Ну? — Я прошёл в центр холла и, повернувшись к Михаилу, спросил: — Где ты слышал какие-то звуки?

— В библиотеке на втором этаже, — ответил он, указывая рукой на открытые двери в галерее справа от лестницы.

Я стал подниматься по лестнице, Михаил хотел пойти за мной, но я его остановил:

— Я один, так будет быстрее. Подожди пару минут.

Поднявшись в библиотеку, я закрыл за собой двери и осмотрелся. Большая комната, по площади сравнима с размером всей квартиры Николая Боброва. Всё это пространство только для книг. Ну и для полудюжины картин.