Под знаком Дарго

"Над этим нужно будет подумать", - отметил я про себя.

Антокс познакомил меня с возможными грязными приемами противника, которые он наблюдал в боях моего будущего соперника года три назад. Репутация Длирокса была такова, что с ним уже давно никто из местных не состязался даже в праздничных показательных поединках.

Стук в дверь прервал наши занятия. Едва парень успел нацепить маскировочную одежду, как в помещение вошел взволнованный Берил.

- Ты умеешь выполнять заклинание "треснутого зеркала"? – с порога обратился он к Эльруину.

Эл скромно опустил глаза, и за него ответила Сонька.

- Он еще и не то может, особенно если голодный или испуганный.

- Но это же уровень магистра! Тебе сколько лет? – поразился колдун.

- Он у нас совсем большой. Позавчера отмечали семнадцать, - снова ответила принцесса.

- Девочка, я разговариваю с великим волшебником. Неприлично встревать в разговор двух мастеров, в котором ты все равно ничего не смыслишь, - отчитал принцессу Берил.

- Она мой учитель, - наконец вставил слово скромный магистр.

Хорошо, что рядом с местным волшебником находился сундук и он сел, а не рухнул от такого заявления. Полминуты длилась немая сцена, а потом наш гость расхохотался.

- Выходит, учителя магистра я хотел определить в свои ученицы!

- Кое-кто хочет нашу девушку определить в свой гарем, - подключился я к беседе магов. – Причем, не без вашей помощи.

- Ох хо-хо…, - вздохнул колдун. - Не люблю я это занятие, но если князь не одумается, придется менять власть.

Втроем они еще немного пошушукались, и Берил отправился восвояси. Сонька с Элом имели вид заговорщиков, но расспросить их о творческих планах не удалось, поскольку к нам зашел молодой воин и пригласил на площадку в центре селения.

Каверзы, обещанные Антоксом, проявились еще до начала боя. Первый "сюрприз" противник преподнес своим одеянием. Неодобрительный гул пронесся по рядам зрителей, когда Длирокс появился на круглой песчаной полянке. Он был в полной боевой амуниции, надежно прикрывающей корпус, руки до локтей и ноги до колен.

Вторая подлость обнаружилась при выборе оружия. Меч, предназначенный мне, делали, по-видимому, самым тупым топором, так как на его поверхности трудно было найти место, за которое можно взяться, не опасаясь пораниться. Оружие соперника наоборот представляло деревянный шедевр оружейного искусства, поражая гладкостью отполированной поверхности и красотой инкрустации на рукоятке меча.