Праздник на улице Ёлок

Каким чудом Прэнсер успел, оправдывая свое имя, совершить этот даже не прыжок, а резкий кульбит, и отскочить от верной гибели, Торен даже не попыталась понять. Взвившись над поляной, крохотная огневушка мигом оценила ситуацию. Прэнсер, прорвавшись сквозь строй елей, несся сломя голову по глубоким сугробам вглубь леса. Верное чутье подсказало ему нужное направление, впереди были только сосны, ели и всполошенные выстрелом обитатели леса, совершенно для сказочного оленя безопасные. Вокруг поляны тоже не было ничего вредоносного, но зато прямо перед ней – метрах в ста на просеке сгрудились они… Охотники.

- Ты стрелял в оленя Санты!!! Да что мы вам сделали! – взвизгнула Торен и, не раздумывая, спикировала на главаря.

В секунду достигнув цели, Торен, как разъяренная пчела, зависла прямо перед носом опешившего стрелка по сказочной дичи.

- Ты, ты… Ты стрелял в Прэнсера, монстр! – не помня себя, верещала девчушка.

Стрелок вылупился на это внезапно возникшее в белом безмолвии явление – крохотную рыженькую остроухую девчушку в веснушках, и мир поплыл у него перед глазами.

Главарь осел в снег и зажмурился, чтобы не видеть этого изумрудно-зеленого, как всполохи северного сияния, яростного взгляда.

Торен издала боевой клич и резко ладошками шлепнула несостоявшегося погубителя миляги Прэнсера по ушам. Мужику поплохело окончательно. Он полуоглох уже от верещанья девчушки, а тут еще и хлопок! Но Торен на достигнутом не остановилась, с неожиданной силой она выхватила из рук стрелка карабин премиум-класса и, не глядя на инкрустированный приклад, одним махом вырвала ствольную коробку из ложа.

Ствол, вращаясь, полетел в одну сторону, приклад со всеми своими немыслимыми инкрустациями в другую. Обладатель раритетного оружия этот акт вопиющего вандализма не был в состоянии оценить, так как, плотно оглохнув, еще и зажмурился в своем сугробе. Зато его ватага мигом оценила: дружно побросав в снег свои навороченные стволы, обезоруженные охотнички брызнули врассыпную от яростной стихии кто куда.

Торен немного пометалась по поляне, не пропустив при этом ни одного карабина, и пятикратно повторила свой акт вандализма. Некоторые стволы она для разнообразия свернула калачиком, а из одного виртуозно слепила крученый крендель. После того, как приклады были разметелены в мелкую щепу, Торен отряхнула ручонки и, взвившись над полем как бы битвы, огляделась. След Прэнсера, уходивший вглубь заповедного леса, читался ясно.