Ганс Фриц Михельманс: Искатели Счастья

Крестьянину выдали стул и привязали его к нему мертвой хваткой. Пока это происходило, в строй вернулся отец Ипопий, обзаведясь при этом большим родимым пятном на своем лице в виде подошвы из-под сапога.

- Итак, как твое имя? – в упор спросил предводитель мафии.

- Марк Цукербе…

- Ложь! – вскричал Безумный и зарядил кулаком Гансу по лицу так, что у последнего аж потемнело в глазах. – Ты не Марк Цукерберг. Ты пройдоха и лжец! Как его зовут, Ипопий?

- Право, он и нам Марком Цукербергом представился, - отвечал преподобный, потирая лицо.

- Конечно назвался! Чтобы вас одурачить - идиотов! – прыснул Торргард, а сам наклонился к Гансу. – Слушай, малыш, давай по-новому. Если ты называешь мне свое настоящее имя и говоришь, где прячутся твои прихвостни. А я знаю, что они у тебя есть, ибо мне уже обо всем доложили, как ты шнырял по Мольтье в поисках корабля вместе с какой-то девчонкой, старым пердуном и еще тремя весьма подозрительными кадрами. То я, быть может, оставлю вас всех в живых.

- Какой-то не шибко «равноценный обмен», тебе не кажется? – слабо улыбнулся Ганс.

– Впрочем, своих я бы тебе не сдал, даже если бы на кону стояла моя жизнь. Принципы.

Его снова ударили, но на этот раз использовав гарду меча одного из рыцарей.

Ганс сплюнул кровь.

- Ты играешься с огнем, сопляк. Ты даже не знаешь, какую жизнь я могу тебе устроить. Я – Торргард Безумный – самый влиятельный приступный авторитет во всем Сагарики - не терплю неповиновения!

- Слушай, тебя, что заело? – язвительно поинтересовался крестьянин, жадно глотая легкими воздух.

– Преступный авторитет, преступный авторитет... Да будь ты хоть колобком, который от бабушки ушел - своих я не сдам. Никого и никогда, - он пристально посмотрел в глаза своему собеседнику.

- Не сдаешь?!!! – завопил Торргард, замахнувшись мечом, но быстро остановил себя, словно отрезвев. – Не сдаешь, да? - главарь мафии обернулся к Ипопию. – В таком случае, позовите Григория.

- Г-григория? – похолодевшим голосом переспросил монах.

- Нет, блин, оперного певца! Да, Григория.

Но уж точно расколет этого крысеныша. Все принципы ему сожжет.

- С-слушаюсь и повинуюсь! – ответил Ипопий и посмешил исчезнуть за дверью.

*******************************************************************

- Итак, говоришь, Ганс вон там? – спросил Одуванчик, сидя в укрытии и показывая пальцем в сторону бывшей прибрежной крепости, что сейчас служила штабквартирой знаменитого Торргарда Безумного.

- Да, - кивнул Ферар.

- Ничего себя загородный дом.