Волк, Всадник и Цветок

– Эй, слезай, слезай! – крикнул он мне. – Именем Джуда фон Плейна, Властителя Аламейды, стой!

– Джуд, хватит дурачиться, – укорил я его. – Ну что за манера давить авторитетом? Кроме того, ты хозяин только Зелёной Аламейды, а не всей.

Джуд фон Плейн смутился.

– Ну так, это… В долг чести моему товарищу, Волку С Тысячею Морд, я останавливаю тебя, и велю в счёт платы за проезд отдать то, что ты выиграл у вышеозначенного господина в карты!

– Хватит ходить вокруг да около, – сказал я. – Я выиграл, например, пару фор на убийство.

И чёрт меня подери, если он не задумался на секунду.

Потом до него дошло положение, и он довольно осклабился.

– Поскольку я волен забрать весь выигрыш, то и фору в том числе, – объяснил он скорее себе, чем мне. – Но не забудь о главном – о том, что в хрустале у тебя за спиною!

– Джуд, как тебе не стыдно; – сказал я; – проигрался в карты и обираешь честных людей. Я же тебе заплатил в тот раз, за проезд в обе стороны.

Джуд потоптался на месте, глядя на распущенную цепь. Она покачивалась, как маятник, длинная, из серебристо-зелёного металла с железным шаром на конце. Когда-то Логин выковал её из позвоночника Злого Змея, которого я убил на Поле Вод. Она утончалась к концу, где была отлично заточена. К ней не приставала кровь.

– Хорошее у тебя оружие, – сказал он. – Как называется?

– Сейчас оно называется Убийца Фолма Иногда Меченосца, – ответил я.

Джуд цокнул языком.

– Так Фолм Иногда Меченосец мёртв?

– Да. И Макхам тоже. Пропусти меня, и у цепи пока останется прежнее имя.

Джуд покачал головой. В нём было футов семь росту; на нём были его знаменитые перфорированные доспехи. Удар меча они держали отлично, а сквозная перфорация обеспечивала мобильность и вентиляцию. От любой же стрелы они, как известно, были заговорены.

– Не грозись, – сказал он, – мы с тобой силой пока не мерялись.

Я убрал шар с цепи.

– Джуд, – сказал я, – если мне повезёт, я смогу снять тебе голову одним взмахом руки. Ты слишком близко стоишь. Подумай, хочется ли тебе погибать из-за глупого долга? Я ведь не отдам тебе ничего. Не затем я был убит на рассвете на твоей земле, чтобы позволить этому произойти ещё раз.