Похищение Зеленой Хризантемы

Изумрудно-зелёное покрывало определённо не сочеталось с его цветом лица, делая и без того болезненный вид совсем уж пропащим, будто юноша умудрился подхватить смертельную болезнь сразу в последней стадии. Печальный взгляд, устремлённый на потолок, и его серьёзность лишь усиливали впечатление.

– Анемон?

– Я как всегда не мог найти, в какой комнате ты остановился. Вот, выпей.

Лель с сомнением посмотрел на протягиваемую чашку с прозрачным зеленовато-жёлтым содержимым.

– Да не бойся, не отравлено. Всего лишь ромашковый чай.

Старательно кривясь, юноша всё же осушил поданную чашку и со вздохом откинулся на подушки.

– И всё же, почему именно в твоей?

– Что? – переспросил хозяин комнаты, вновь поглощённый хризантемами на столике, и, напоследок ласково прикоснувшись к бархатистой зелени листьев, ехидно осведомился: – А ты хотел попасть в комнату к нашей милой госпоже Мазахаке?

 В ответ герцог лишь окатил его презрительным взглядом и уставился на потолок.

– Здесь самая успокаивающая атмосфера, так что выбор очевиден. Рассказывай, мой друг, кто умудрился отоварить Мастера Цветов таким прелестным фонарём? С кем тебе посчастливилось встретиться?

В ответ Лель красноречиво промолчал и отвернулся.

– Неужели тебе довелось наконец познакомиться с Хами и её бандой? Нет? Впрочем, что им делать на кладбище? Только не говори, что ты встретился со своей "прекрасной феей"! – Под внимательным взглядом вопрошающего на щеках юноши начал расцветать нежный румянец, что вполне могло послужить доказательством того, что последнее предположение было верным.

– Вот как, – чуть удивлённо констатировал смущение герцога Анемон. – И встреча, насколько я могу судить, вышла бурной и определённо очень познавательной. Возможно, даже для обеих сторон. Признайся, что это была именно она, и я, так и быть, даже не стану выспрашивать подробности.

– Очень надеюсь, что не станешь. – Проницательность Анемона начинала действовать герцогу на нервы, и он страстно возжелал поскорее очутиться от него подальше. – Иначе кто-нибудь может пострадать.

– От чего? – спокойно отозвался зеленоглазый молодой человек, меланхолично покосившись на развороченное окно – следы недолгого, но разрушительного пребывания его непредсказуемой прислуги в его же собственной спальне.