Шут специального назначения

А потом все пошло наперекосяк. Через год родители погибли в авиакатастрофе, а Валерке вдруг надоело в компании со мной пошло кривляться. Загорелся человек идеей создания масштабного шоу с песнями, плясками, полетами под куполом и дрессированными собачками. Влился в творческую тусовку, нахватался там разных умных слов, приучился загадочно морщить лоб и расширять горизонты сознания с помощью травки.

– Бросал бы ты, мужик, дурью маяться, – частенько ныл я. – Выпуск же на носу, номер надо готовить.

– Сделаем, – смеялся он.

– И дуть заканчивай, – не унимался я.

– В любой момент, Толян, – отмахивался он.

И действительно, с травы он вскоре соскочил, зато перешел на герыч и в сжатые сроки стахановскими темпами сторчался. Дальнейшую жизнь, насколько мне известно, проводил в увлекательных странствиях по маршруту клиника – тусовка – клиника. А семь лет назад помер.

Я же оказался в положении Робинзона после шторма: артист парного номера без партнера. В результате диплом мне, конечно же, дали, но в списки перспективной творческой молодежи, достойной освобождения от военной службы, ясное дело, не включили.

И оказался я ни в каком-то там «Дю Солей», а в героической российской армии. И вместо пошлого запаха опилок с размаху ударили в нос ароматы казармы, подмышек да портянок.

Я высмотрел в военкомате майора с самым честным лицом, отозвал в сторонку и изложил суть вопроса.

– У меня тут доллары завелись, совершенно лишние, – тихонько проговорил я. – Не подскажете, во что бы их инвестировать?

– Отмазать от службы не получится, – с ходу въехал в тему служивый, – поздно.

– Служить так служить, – вздохнул я. – Почетный долг как-никак.

– Точно, – кивнул он.

– А нельзя ли?..

– Подальше от Кавказа, поближе к дому? – смекнул майор.

– Именно.

– Трудно, – он покачал головой. – Но можно.

– Цена вопроса? – услышал ответ и присвистнул.

– Если хочешь, пошлем на флот, – предложил тот, – на Северный или Тихоокеанский.

– Нет уж, – решительно ответил я. – Буду защищать родное Подмосковье. – И мы ударили по рукам.

К месту службы колонна машин добиралась долго, почти два часа: на Щелковском шоссе образовалась пробка. В служебном автобусе нас было всего трое, остальных будущих воинов отдавать патриотический долг отчизне везли родные и близкие в автомобилях, произведенных вне ее пределов.