Гренадёры

Пока не начался снегопад и не подул сильный ветер. Я не знаю, с помощью какого чуда мы смогли добраться до места. Наверное, нам помогла жажда жизни и тепла. Особенно тепла. Беспросветная тьма и не переставая сыплющийся снег сделали видимость почти нулевой. Деревянный сруб, где раньше нас кормили блинами, мы нашли лишь на ощупь. Свет внутри дома не горел. Вокруг не было ни души. Перебирая рукой по бугристой стене, Ким нащупал ручку двери.

– Закрыто, – сообщил он.

– Я почему-то не удивлена.

– Я тоже, – парень вздохнул.

Я посмотрела на плохо гнущиеся пальцы Кима, потом на хорька, дрожащего за пазухой.

– Не пойдет. У меня нет времени ждать. На таран!

Я с разбегу налетела плечом на дверь. Она с грохотом рухнула внутрь.

– Прошу, – поклонившись, я указала напарнику на вход. – Прежде чем войти, пожалуйста, вытрите ноги.

Войдя, Ким протянул мне мою же отвертку. Когда только успел стащить?

– Прежде чем войти, пожалуйста, прикрепите обратно дверь, – парировал он мой вопросительный взгляд.

– Чего?!

– Сквозит.

– Но почему я должна ее крепить?

– Ты ее снесла.

– Да, но для тебя же старалась!

– Ничего не зна-а-а-ю, – зевнув, сказал Ким, поворачиваясь ко мне спиной. Я опасно занесла над ним отвертку. – И еще кое-что.

– Что? – ворчливо спросила я, пряча инструмент за спину.

– Дров нет. Днем я видел дровник слева от дома. Принеси дрова.

– Что-нибудь еще сделать, пока я не вышла? – ехидно спросила я.

– Да вроде все. В случае чего я сообщу дополнительно, – милостиво сказал он.

Я почувствовала, как во мне проснулась тяга к убийству. Натянув варежки и надев капюшон, я решительно вышла на улицу за дровами.

– Теперь твоей душеньке спокойно? – спросила я, садясь рядом с Кимом возле камина.

В свете огня, озаряющего комнату, бегали причудливые тени. Жутковато, но тепло.

– Моей душеньке всегда спокойно. Ты дверь на место поставила?

– Да, поставила. Незаметно? Не дует.

– Дует.

– Наверное, из щелей. Так бы нас просто сдуло. По правде, я ничего не ощущаю, – поводя рукой по полу, призналась я.

– Я ощущаю.

– Конечно, это же ты! Ты чувствуешь, как тянет даже из самой малюсенькой щели. Мистика! – усмехнулась я.

Огонь трещал.

– Да, чувствую. Я всегда чувствую холод. Ненавижу его. Смешно. Мне кажется, я от него умру. Но он меня спас, – не отрывая глаз от огня, бесцветным голосом промолвил Ким.

Я коснулась его руки. Ледяная.