Солнце цвета крови

Некоторое время он оглядывал пейзаж, пытаясь понять, чего же не хватает.

Догадка пронизала сердце подобно острому кинжалу - колдовской дуб, на котором хозяин замка развешивал щиты побежденных! Его не было! На краю рва торчал лишь толстенный пень, рядом с которым виднелся поваленный ствол. Да и стены укрепления не казались черными.

Обычными они были, да еще и сильно разрушенными.

Подъемный мост выглядел гостеприимно опущенным. Не иначе - ловушка! Но зачем? На кого? Не было ни человека, ни иного существа в Британии, с кем Черный Рыцарь побоялся бы сразиться лицом к лицу.

Изумленно покачав головой, Гавейн ткнул коня пятками, и тот послушно пошел вперед. Под ногами его зашелестела густая высокая трава. Шлем рыцарь на всякий случай надел, но забрала не опускал, да и щит, болтавшийся у седла, на руку не повесил.

Мощный хрипящий звук достиг ушей Гавейна, когда до останков некогда величественного дерева было не более трех десятков шагов. От него мороз продирал по коже, а в ушах возникала тупая боль.

Словно злобное чудовище, укрывшееся где-то рядом, прочищало глотку.

Рыцарь остановился и вытащил меч, ожидая, что за рычанием последует атака. Но хрип продолжался, равномерный и мощный, точно шум прибоя, и нигде не было видно ни малейшего движения.

После небольшого колебания Гавейн двинул коня дальше.

Дуб, судя по всему, срубили совсем недавно. Листья его оставались зелеными и даже не успели завянуть, верхушка пня белела свежей древесиной, ноздри рыцаря щекотал ее аромат.

Изумление воина Круглого Стола достигло предела: кто мог сотворить такое? Неужто сам хозяин Черного Замка сошел с ума?

Более правдоподобного объяснения не находилось.

Что-то невидимое продолжало хрипеть, заставляя приученного ко всему рыцарского коня беспокойно прижимать уши. Источник странного звука находился за толстым, точно драконье туловище, стволом.

Гавейн, не выпуская меча, спрыгнул с седла на шершавую коричневую кору.

По другую сторону сгубленного дерева, вольготно раскинув руки и ноги, прямо на траве лежал тучный человек в старой чиненой кольчуге. Стальные колечки тускло лоснились, светло-рыжие волосы толстяка были спутаны, а грудь поднималась в такт храпу, который сделал бы честь любому великану.

Рядом со спящим валялась исполинская секира, не оставлявшая сомнений в том, кто именно срубил злосчастный дуб...