Лёха - сокрушитель Вселенной

Лёха чётко понимал, что если проползёт ещё чуть-чуть — его точно заметят.

Он снова обернулся и попытался жестом передать, что впереди враг, но не был уверен, что его поняли. Местных жестов он не знал, поэтому показал что-то неопределённое на пальцах. Орки по-прежнему сидели вокруг костра, и Герой понял, что пора действовать. Сейчас или никогда.

Лёха попытался вскочить. Поясницу прострелила резкая боль и он со стоном упал обратно, глядя, как зеленокожие амбалы встают и хватаются за топоры и мечи.

Глава 47.

Лёха засипел, хватаясь за поясницу. Такая нагрузка безо всякой разминки оказалась фатальной, и теперь он не мог даже пошевелиться. Орки неистово зарычали, потрясая оружием и внушая страх беспомощному Герою.

Вдруг вспомнился подвал и крест, но здесь было одно существенное отличие. Теперь Лёха был не один. Из последних сил Избранный поднял руку и вытянулся вверх, будто политрук на знаменитой фотографии.

— В атаку! — заорал он, и тут же упал, словно сражённый вражеской пулей.

Порождения тьмы остановились и расхохотались. Но тут же, словно из ниоткуда, на них красной фурией бросился капрал Петрович, а следом за ним, стараясь перешагивать через лежащего Паладина, и остальной десяток.

— Ур-р-ра! — голосил петух, хлопая крыльями и наседая на орочью банду.

Завязался бой. Из-за того, что орки сперва остановились, на площадку успели выбежать все воины Белого Города, перехватывая инициативу у злобных тварей. Зазвенела сталь, неистовая мощь простых солдат, вынужденных защищать родную землю, начала теснить орочий строй.

Орки, что сперва начали отступать, быстро перегруппировались и принялись успешно отражать атаки храбрых разведчиков. Лёха вдруг заметил, как один из зеленокожих, самый щуплый, отделяется от строя и мчится вниз по тропе, предупредить других.

— Петрович! — громогласно заорал Паладин, рукой указывая на него.

— Яволь, хер майор!

Петух разбежался, набрал скорость и подпрыгнул, словно истребитель на взлёте, но проклятая сила тяготения оказалась сильнее, чем куриные крылышки. Орк же в это время улепётывал так, что сверкали подкованные сапоги. Петрович приземлился на краю обрыва, чудом удержавшись в равновесии, а орк сбежал по узкой тропинке, и догнать его уже не представлялось возможным.

— Да бля, Петрович! — выдохнул Герой, пытаясь подняться.