Рождественский дроу

— Удавку, чтобы избавиться от своей няни?

— Конечно нет! — по выражению лица девочки казалось, что мой ответ не далек от истины, но Милорад как всегда протестовал. — Это же поводок, как ты не понимаешь? Она хочет питомца! Маленького домашнего любимца. Разве дроу не держат никаких зверушек?

В глазах эльфов только это и считалось показателем всякой порядочности, а порядочность и дроу (по их же словам) живут в разных плоскостях нашей многогранной вселенной. Но только эльфы (вот так новость!) опять наврали с три короба и сами же поверили, поэтому Милорад рано начал злорадствовать.

Благодаря порталу выполнение очередного желания заняло каких-то полчаса, и это можно было назвать новым рекордом, вот только… Чего ж эта девчонка так разоралась?

Будущий питомец, как ему и положено, смирно сидел на покрывале, перебирал тонкими лапками (всеми сорока) и водил длинными усиками в воздухе. Неужели это не должно вызывать «ми-ми-ми» и все такое прочее? А девчонка зачем-то запрыгнула на стул и визжала во все горло, не иначе как от восторга.

— Это… Это… — голос Милорада был куда тише, почти придушенным, но не более радостным. — Сколопендра?!

— Положим, не совсем… — я не успел разъяснить глупому эльфу, когда на крик влетели родители девчонки. Сами они до сих пор кричали друг на друга так громко, что удивительно, как вообще сумели отвлечься, но замерли оба с разинутыми ртами. Ох и веселье затем началось! Многоножка пустилась наутек по стене, а двое взрослых, забыв недавнюю ссору, пытались достать ее тапками.

— Папа, папа, она слева! — пищала малявка, путаясь под ногами родителей. — Мам, выше, выше!

В какой-то момент этот крик прекратился и вместо него раздался заливистый смех. Внезапный, сбивающий с толку, как лавина грязных носков из плотно закрытого шкафа.

— Пап, мам, вы же помирились, да? — весело спросила девчонка, все еще хихикая.

— Кажется, желание выполнено, хотя… хм… странным образом, — пробормотал Милорад задумчиво. — Или… О нет! Ее настоящей заветной мечтой был вовсе не питомец, а избавление от одиночества. Кажется, в этот раз у нас получилось истинное чудо — то, с которым не справится даже магия, только любящее сердце.