Повесть о Хлеборожденном

«Да будет накормлен голодный хлебом твоим, да будет взор его чист как золотиста пшеница, да пребудет со мной сила Его, дабы превозмочь все трудности на пути моём».

Вознеся свою короткую литанию высшим хлебным силам Витёк бодро зашагал в темноту. Озарённая светом лопата прекрасно рассеивала тьму перед ним. Ведомый лишь мыслями он продолжал свой путь в глубину разветвлённых тоннелей. Через какое-то время местами начали появляться скудные намёки на цивилизацию. Это были деревянные структуры, балки, связанные между собой каким-то подобием верёвки.

Структуры были сумбурны и хаотичны. Их предназначение оставалось для Витька полнейшей загадкой.

Как ему казалось, здесь бы не плохо подошла шлифовка стен и настенная роспись. Что может быть прекрасней чем кексы, пироги, и прочие представители высшего блага, увековеченные в современной иллирийской живописи. Вот! Витёк считает точно так же — ни-че-го.

Продолжая свой путь тоннель немного расширился, потолок стал выше и уже не напоминал мудрёный кишечник. Однако слабая и прерывистая дрожь по полу насторожила паладина.

С каждым пульсирующим стуком она усилилась. «Что-то приближается.», подумалось Витьку и принял боевую стойку замахнувшись лопатой в темноту.

Впереди показались два алчущих красных огонька. Кипящий холодной яростью взгляд опаляюще смотрел прямо на паладина и неумолимо приближался. Слабое свечение глаз оставляло за собой секундный отсвет красного и линией прочерчивало темноту. Постепенно расползаясь и становясь частью этой черноты. Максимально приблизившись огромное нечто начало кружить вокруг паладина.

Его силуэт изредка показывался на круг света что издавали доспехи Витька и свечение лопаты. В падающем неровном свете иногда проскальзывал огромный грубый хвост. Когтистые лапы, поскрёбывали и царапали каменную поверхность. А поблёскивающие зубы жадно щёлкали во рту. Резко выпрыгнув из теней существо опрокинуло Паладина на лопатки. Это оказалась крыса. Но весьма крупная. можно сказать, что её рост был одним с половиной Витьком по витькометрической системе.

А высчитать длину в этой же метрической системе оказалось и вовсе не возможным. Размер лапы существа был не многим больше нагрудной брони.

Зловонное крысиное дыхание ударило в нос героя вызывая отвращение и немедленную реакцию в виде удара ногой снизу. Казалось бы, что сделает человек существу во много раз превышавшему его собственные размеры. Вот только Виктор Храпфенгугенштольц обладал поистине неимоверной физической силой.