Планета Хаоса

Его цилиндр возвышался над кашей людских голов, как печная труба на пожарище. Протолкавшись сквозь толпу встречающих-приезжающих мы выбрались к Гратону. Его спокойствию можно позавидовать: как будто мы пять минут назад отошли купить мороженое, а не пропадали неизвестно где целые сутки.

- С прибытием, госпожа Ана, - ласково заулыбался он, завидев ее. Потом добрая улыбка обратилась в мою сторону... - А кто это с вами?

Ана, как раз всплеснувшая руками от радости встречи, замерла в неестественной позе. Потом ее уши начали багроветь.

Судя по тихому бормотанию, она считала до двадцати, чтобы успокоиться... Ее пунцовое от ярости лицо (принцесса устала ждать от меня нежных слов и была зла на весь мир) повернулось ко мне... И в секунду вернуло нормальный цвет, а затем заалело, но уже от смущения. Сенатора можно было понять: последний раз он видел меня в другом костюме, в шляпе (я так и ходил как бродяга), с другой прической... С другими волосами, в конце концов.

- Это Эрих, ой... - Ана набрала воздуху, чтобы объяснить происшедшие со мной перемены.

..

- Аа, - протянул Гратон. Потом все же уточнил, - А кто такой Эрих?

В этот раз Ана считала до двадцати минуты две. Затем ледяным как жидкий азот тоном объявила, что не разговаривает с нами обоими и отвернулась. Растолковывать все сенатору пришлось мне. Выяснилось, что он меня прекрасно помнит, только запамятовал мое имя и внешность. По причине чего он с легкостью принял и длинный хвост белых волос на моем затылке (длинные волосы в Славии носили только священники, поэтому в пути приходилось отбиваться от желающих получить благословение непременно в тамбуре), а также то, что меня зовут Карс.

Хватит с меня того, что принцесса зовет чужим именем...

Гостиница, в которой Гратон нашел номера, была недорогой и совсем недалеко от вокзала. Вот только запах гари, который чувствовался еще на вокзале, по мере приближения к нашему нынешнему обиталищу становился все сильнее и сильнее. Вскоре мы увидели и его источник: здоровенный трехэтажный дом, обугленный, с черными стенами и пустыми дырами на месте окон.

Дом номер семнадцать... все бы ничего, но гостиница стоит под номером пятнадцать.

- Сенатор... - начала принцесса и осеклась, вспомнив, что она дуется и не разговаривает ни с ним ни со мной.

- Почему вы выбрали гостиницу рядом со сгоревшим домом? - продолжил я невысказанный вопрос. Мне и самому было интересно.

Гратон преспокойно пожал плечами:

- Когда я снимал номера, дом еще был целым.