О происхождении кентавров

Вдруг что-то позади него грохнуло, и он поспешно обернулся.

У ног его коня стоял тот же недомерок и тягал неподъемный для него марсов меч.

– Ты оставишь меня в покое или нет? – взъярился Марс, потрясая кулаками над головой. – Что тебе опять понадобилось от несчастного бога?

– Я, вообще-то, ваш меч хотел посмотреть, – сказал Амур. – Можно?

– Можно, – сник Марс, поняв, что ничего с этим поделать не сможет. Видимо, такова его планида.

– Здоровский меч! – сказал Амур, любуясь на себя в зеркало лезвия огромного меча и сам себе строя рожицы.

– Ты посмотрел? – Марс почувствовал, как у него начинает кружиться голова.

– Ага!

– Может, ты еще что-нибудь желаешь? Примерить мою тунику или взобраться мне на голову? Ты, главное, не стесняйся.

– Ну уж нет, увольте! На кой мне сдалось ваше потное, вонючее барахло, – скривил губы Амур. – Тем более, плешивая макушка.

– И вовсе она не плешивая, – обиженно засопел Марс, ощупывая пальцами голову.

– Плешивая! Мне сверху виднее.

– Знаешь что?!

– Что? – нахально склонил головку набок Амур.

– Ну, ну, успокойся, мой дорогой. – Венера погладила Марса ладошкой по плечу. – Не обращай на него внимания. И поцелуй меня, наконец!

– О боги! – застонал Марс, всхлипнув, и уткнулся лицом в грудь богини.

– Да нет же, в щечку.

– М-м-м, – в сомнении протянул Марс. Здесь ему нравилось гораздо больше.

– Ай, ты что! Я же просила в щечку, – зашевелилась Венера, обхватывая руками голову Марса и прижимая ее к себе.

– Тетенька, а тетенька!

– У-у! – взвыл нечеловеческим голосом Марс, отстраняясь от Венеры и выдергивая конец ее измазанного в виноградном соке плаща из пальцев малыша. – Мальчик, оставишь ты нас в покое или нет?

– Я вовсе не мальчик! – топнул ножкой оскорбленный Эрот.

– Как? – Марс рассеянно скользнул взглядом по пухлой детской фигурке назойливого малыша. – Знаешь, на девочку ты совсем непохож.

– Конечно, непохож, – нахмурился тот еще больше.

– И я тоже, между прочим, – из-за спины Марса вышел Амур и встал рядом с братом.

– А… – окончательно смешался Марс, вытягивая палец и опускаясь в замешательстве на крупный валун позади себя.

– Вот-вот, – кивнул Эрот. – Мне зовут Эрот, а это – мой брат, Амур. И не смей нас оскорблять подобным образом!

– Но что я такого сказал? – лицо у Марса вытянулось.

– Ты сказал: мальчик!

– Но все именно на это и указывает. Разве не так?

– Мало что на что указывает.