Хлопоты ходжи Насреддина

– Насколько дальше?

– Локтей на пять-семь, может, чуть больше. Когда у Касыма…

– Это который чеканщик? – уточнил Насреддин.

– Да-да, он самый. Когда у него настали трудные времена, он сговорился с Пулатом о продаже части двора. Купец давно хотел увеличить свой двор, и Касым уступил. Тогда Пулат снес старый забор и выстроил новый по линии дома.

– Ага, – крякнул в кулак ходжа Насреддин. – А заодно решил сэкономить на камнях и работе, использовав стену дома Касыма как часть забора.

– Что поделаешь? – всплеснул руками Икрам.

– Подсади-ка меня, – ходжа приблизился к забору.

– Что ты собираешься делать? – недоуменно уставился дехканин на ходжу.

– Хочу осмотреть райские кущи хитреца Пулата.

– Но разве это удобно?

– А удобно нарушать условия купчей?

Икрам не стал спорить с Насреддином и подставил ему свои плечи, присев на корточки. Ходжа с трудом взобрался на них, и Икрам медленно выпрямился. Как только голова Насреддина приподнялась над широким верхом забора, он быстро огляделся и приказал дехканину:

– Все, можешь опускать.

Тот аккуратно спустил ходжу на землю и отряхнул рубаху на плечах.

– Ну, что там?

– Там? Двор, большой двор. Очень большой, – отозвался ходжа Насреддин, размышляя о чем-то своем.

– А еще? Что там еще? – Икрама снедало любопытство.

– Еще? – рассеянно спросил Насреддин. – Еще там большой сад. Виноградник. Под виноградником – красивая беседка. Очень красивая.

– Бесе-едка? – протянул Икрам.

– В беседке кто-то был, но я не разглядел кто. Женщина, она спала на топчане.

– Наверно Зухра, жена Пулата, – подсказал Икрам.

– Возможно. Но меня больше интересовали виноградник и беседка.

– А что с ними не так?

– С ними как раз все в полном порядке. Виноградник примыкает к стене твоего дома. С той стороны она хорошенько заштукатурена и побелена. А рядом находится беседка с Зухрой.

– И что? – Икрам все еще ничего не понимал.

– Но это очень важно! – воскликнул Насреддин.

– Почему?

– А вот это как раз неважно. Чем задавать глупые вопросы, лучше принеси купчую на землю.

– Да-да, конечно. – Икрам сорвался с места и унесся в дом. Вернулся он довольно скоро, держа в руке пожелтевший лист бумаги. – Вот! – сказал он и передал документ Насреддину.

Тот принял свернутый в два раза лист, аккуратно развернул его и, хмуря брови, прочел то, что на нем было нацарапано бледными чернилами словно курица лапой.