Дракон на поводке

Когда мы оказались внутри, выяснилось, что зал Совета был почти заполнен, что, конечно, делало честь Жало. Зал выглядел изнутри как перевернутый конус с тупым концом внизу. По кругу были расставлены стулья – всего десять колец. То, что возле стены – самое большое. То, что внизу, окружающее небольшую площадку, - самое маленькое. Там было всего пять стульев. Видимо, для членов Узкого Круга.

Если кольцо Узкого Круга считать первым, то Жало посадили в третье. Нас, как гостей, не обладающих статусом главарей, посадили на последнее – десятое.

Я пригляделся. Пим уже был в зале, его лысина бликовала в пятом кольце. Бандиты заходили один за другим, некоторые были с сопровождающими – но редко, и не больше одного. Видимо, для Жало и Елены сделали исключение.

Через какое-то время я увидел, как в зал входит Джар. Он даже не окинул других вожаков взглядом, хотя те, кто входил до него, долго жали руки, обменивались шутками, даже обнимались с другими криминальными главарями. Джар сел во втором ряду, сразу за Узким Кругом.

Когда все кольца заполнились, и пустыми остались только пять стульев, в центр на маленькую площадку вышел человек, напоминающий дворецкого со взглядом убийцы.

- Совет ожидает Узкий Круг! – громко сказал он.

Двери распахнулись, и в зал зашли пятеро. Первым шел тот самый Навар, про которого мне говорили, что он якшается напрямую с Хоакином и считается в Совете его негласным представителем. Низкорослый, крепкий, с пышной серой бородой, бакенбардами и маленькими глазами. Он был похож на карликового льва.

Следом – Ким. Этот вожак чем-то напомнил мне Наки. Того Наки, что присягал Елене – с огнем ненависти в глазах и желанием пролить реки крови. Только Ким был крупнее, и его лицо из-за некой непропорциональности напоминало глиняную маску какого-то древнего варварского божества.

Двое других – Ко́бальт и Вирк – казались братьями, хотя никаких родственных связей у них не было. Да и родились они в разных концах Гретхома. Но при этом, оба были здоровые, широкоплечие, с неухоженными бородами, полностью закрывающими грудь и лицо.

Они почти одинаково двигались и говорили – их голоса напоминали рык медведя, доносящийся из глубины пещеры.

Последним шел негласный лидер всех бандитов Ста Двенадцати Королевств: Абутураб, Отец Пыли. Его лицо было покрыто множеством мелких шрамов, часть из которых, видимо, терялась под редкой седой бородой. Его взгляд был наполнен чувством собственного достоинства, но в нем не было высокомерия, как у Джара.