В одной корчме

У меня для всех посетителей из одной бочки разливают, а тебе значит, особенный сорт подали?

– Причём здесь – другое – не другое! – набычился скандалист, по хриплому голосу которого легко определялся многолетний опыт пития. – Я говорю, сюды поглянь! Это харкнуто! Деньги вороти!

Весь зал утих в ожидании продолжения, но опытный корчмарь, зрителей тешить не стал, а лишь сказал негромко, так, что расслышали только пару соседей по стойке, да ближайший стол, где сидели бывшие охранники.

– В этом заведении деньги беру только я.

– Так ты, значит, с гостями! – поднялся над стойкой лохмач. Заскрипел его кожаный жилет. Толстая волосатая рука грянул по столу. 

Корчмарь даже бровью не повёл. Из-за ширмы вышли два рослых парня бандитской наружности и приблизились к мужику. В руках они сжимали короткие дубины, а вот дебошир, похоже, забыл секиру в других штанах.

– Сам выйдешь, иль помочь? – заявил один из молодчиков.

Лохмач обхватил лапищей лицо громилы и толкнул так, что тот стукнул затылком в нос стоявшего позади братца. Оба завалились друг на друга, да так и остались на полу.

– Что будешь делать? – мужик поднял обронённую дубину и сурово взглянул из-под бровей на хозяина заведения.

– Кружку свежего пива господину! – крикнул в сторону подсобки корчмарь и учтиво обратился к опасному посетителю: – Желаете что-то ещё?

– Дэ.

Пажок переглянулся с Орландом.

– А парень хорош. Начнём с него.

– Ему бы помыться для начала, а то этой гривой будто пол мыли.

– Извините, – обернулся мужик, услышавший нескромную реплику в свой адрес, – это вы про меня?

Ручища обхватила рукоять трофейной дубины, и это не укрылось от глаз будущих главарей банды.

– Может быть, тебе тоже взвесить, а? Ну так за мной не заржавеет, спроси у тех ребят, – громила поднялся и указал на охранников, которые едва придя в себя, поспешили убраться за стойку.

Переборов дрожь, Пажок вытянул на четверть меч из ножен и произнёс самым своим спокойный голосом, на который только был способен.

– Ты хочешь это обсудить? Предлагаю выйти и поговорить на улице, чтобы не мешать уважаемым господам кушать.

Завидев меч, оружие дорогое, коим обычно пользовались только те, кто знал, что такое настоящая битва, здоровяк осёкся.

– Извините, господин рыцарь, я, похоже, ослышался.