Зай по имени Шерлок

– Но если вам так уж необходимо знать – мне по знакомству сказал один из вертухаев, встретившихся мне сегодня на рынке. Пообещал приберечь тепленькое местечко.

– Кто-кто? – переспросил я, не поняв, о ком идет речь.

– Тюремный надзиратель, – пояснил Шерлок Зай, не отрывая пронзительного взгляда от морды енота. – И что же он вам… чирикнул?

– Ну что? – Проционе повертел в лапе чашку и сделал еще один глоток. – Сказал, что ограбили музей, и у полиции есть веские подозрение, будто это доходное дельце провернул я.

– А вы этого не делали?

– Какой был бы смысл мне приходить сюда, сотвори я подобное? Да еще рядиться под белку?

– Возможно, хитрый план.

– А тут и продолжать-то нечего. Я не крал яйца, и мотать срок за какого-то хмыря у меня нет ни малейшего желания.

– Почему же вы сразу не пошли в полицию и не объяснили им всего?

– Шутите, милейший? – Брови Проционе поползли на лоб. – Да появись я там, меня бы без разговоров арестовали. И, как всегда, началось бы долгое и бесполезное разбирательство.

Енот почему-то посмотрел на меня, и мне от его пристального, изучающего взгляда стало не по себе.

– Бог миловал, – поерзал я от испытанного неудобства.

– А вот меня нет. И еще раз попасть туда хочется не особо!

– Сочувствия вы у меня не вызываете, Проционе, – жестко ответил гостю Шерлок Зай. – Но если все так, как вы говорите, я возьмусь за ваше дело.

Проционе невозмутимо допил чай, опустил чашку на стол и утер лапой усы.

– Что вы еще знаете о краже? И почему считаете, будто могут заподозрить именно вас?

– Знаю я немногое на самом деле. Что же касается подозрений, то я действительно был совсем рядом с музеем, когда произошла кража.

– Любопытно! – Шерлок Зай подался вперед. – Попрошу поподробнее остановиться на этом.

– Собственно, рассказывать особо нечего. Напротив музея есть открытый бар, где я решил немного посидеть, отметить, так сказать, свое освобождение.

– Тогда я не совсем понимаю вашего беспокойства. Ваше алиби могут подтвердить многие, включая хозяина.

– В том-то и дело, что нет, – развел лапами енот, погрустнев. – Я вышел на некоторое время в туалет, что на задворках, а когда вернулся, в музее поднялась паника.

– Неужели вас никто не видел?

– Милейший, – надул щеки енот, – знай я, что мне понадобится алиби, то обязательно потащил бы с собой в сортир с десяток зверей.