Медвежья услуга

– Вот почему я знаю, что этот медведь – мой сородич-берсерк: потому что сам Айгонэль это знает! – снова заговорил Рурин и опять с силой ударил кружкой об стол. – И вот почему я знаю, что конунг Айгонэль не согласится продать или обменять его – ведь медведя он использует как способ поквитаться с берсерками за своего предка! Это способ, достойный труса, и все зачатки уважения к конунгу, которые я прежде мог испытывать, исчезли без следа, когда Гурн поведал мне эту историю!

Все решительно согласились, что лишь существо с самой гадкой сущностью способно на такую низость, как взять лишенного силы берсерка и превратить его в пляшущего медведя.

Затем все принялись оживленно обсуждать, как им освободить зверя, ибо к тому моменту не осталось за столом гномов, которые не уверились бы в справедливости слов Рурина и Гурна и всей душой не пожелали бы содействовать освобождению плененного собрата.

Некоторые гномы (по большей части среди них были самые молодые) настаивали на том, что нужно отбить медведя на завтрашнем празднике. Но Бимлифур, слово которого имело вес среди молодых, не поддержал этого предложения, отметив, что для начала им пришлось бы прорваться в праздничное коло, а это само по себе может быть непросто, что драка может завязаться вдали от того места, где будет находиться медведь, и это сильно усложнит их задачу.

Гномы старшего возраста, в их числе и Гурн, предлагали подкупить медвежачьих и увести зверя ночью. После долгих споров это предложение тоже отвергли: медвежачьи могут не пожелать пойти на сделку с незнакомыми гномами и будут опасаться навлечь на себя гнев Айгонэля. Более того: они способны предупредить его об опасности, и тогда зверя станут охранять более тщательно, чем теперь.

А значит, оставалось одно: отбить медведя в дороге, когда его повезут на праздник.

– Нам потребуется большая удача, чтобы придумать такой план и исполнить его, – отметил Рурин.