Черные сказки. Сорок миров

— Нет, ты не входишь, твоих собак хватает на пару часов, а дальше снова гам и крики, бибиканье, церковный хор, колокола, сколько можно?

— Ну я же не предлагаю тебе убить человека. — Дороговой поднял глаза к потолку, — Я думал, ты не такой.

— Я не такой! — прокричал Дан.  — Я пожалуюсь на вашу свору!

— Только прошу, этого не надо.

— Помяни мое слово, — Дан покачал головой и вышел в подъезд покурить и затем спустился, нашел припаркованную скорую и на дрожащих ногах дошел, сел.

— Где самоубийца? — спросили врачи.

— Это я, — Дан помахал перед ними руками.

— А, это тот сумасшедший, который каждый месяц режет вены, — прыснул один из стажеров, Дан одарил его холодным взглядом и одними губами сказал "осторожнее".

Его перебинтовали и отпустили.

Дан не успел доделать курсовую, потому что остаток ночи провел, восстанавливаясь после ранения. Пару часов он переживал что-то вроде лихорадки.

Когда его отчислили, он решил посвятить последние месяцы учебного года мести.

Вначале он умер; несколько лет проходил службу у низших сущностей, побирающихся негативными эмоциями, затем его повысили до прислуживающего класса мертвых.

Он, как и Дороговой, занимался переправкой душ в разных странах мира и вполне успешно. Высшие видели его старания, и вскоре повысили. Дан мог пройти на астральный план с правом частичного выхода с планеты, но он остался, чтобы доделать кое-какое дело.

Дан вернулся в свою богом забытую квартиру уже с того края - вышел из мертвого портала вместе с потоком душ, и со своим портфелем.

На другом конце квартиры Дана ждал астральный план и более совершенная бестелесная жизнь, но Дан подошел к охраннику портала:

— Где Дороговой?

— Он отслужился и перешел на астральный план, —  ответил дух.

Дан прошел в портал, но на астральном плане Дорогового тоже не оказалось, как и на следующем плане,и на следующем. Дан возвышался и все больше растворялся в эфире, проходил уровень за уровнем, просветлялся, но везде ему сообщали, что Дороговой ушел выше.

Наконец, Дан подошел к белым воротам, от которых валил белый пар, а за оградой виднелись тысячи белых бабочек, хлопающих крыльями.

Оттуда звучал прекрасный детский вокал в исполнении мальчика-ангела. На входе Дана остановили и провели осмотр.

— Дальше вам нельзя.

— Почему?

— На пороге оставляют помыслы о мести, но вы их не хотите отрывать от души.

— Вы меня даже не спросили. Но ведь я готов!

Дан расстегнул пальто и отодрал от тела красные уродливые наросты, сложил у входа.