Ад во мне

Фу-у… а я уж думал, что увижу нечто ужасное.

– Что не так, Владыка?

– Насколько проще сложилась бы твоя судьба, если бы ты был Темным или Светлым, но ты – Серый, мой мальчик.

– Интересно, в кого я такой урод? – От моего удара кулаком по столу подпрыгнула папка с бумагами.

– Не смей так говорить! – От рыка Князя задребезжали бутылки в большом открытом баре. – Твой отец был Темным до последней пуговицы на штанах!

– А моя мама?

– Я ее плохо знал, – уклончиво ответил Князь после небольшой заминки.

– Это плохо, что я не то – не то?

– Для тебя – да. Теперь за твою душу будут бороться и Свет, и Тьма. Каждый попытается перетянуть на свою сторону. Даже я. И в итоге тебе предстоит сделать окончательный выбор.

– Я уже его сделал, – твердо заявил я. – Я выбираю свою собственную сторону, и никто не сможет диктовать мне, как жить дальше. Ни ты, ни все ангелы мира. – Я снял с головы каску и тряхнул волосами.

– Не зарекайся, мой мальчик.

– Сочту за честь иметь такого учителя. Но пока я практикуюсь, присмотри, пожалуйста, за моей женой, боюсь, что на меня попытаются влиять, используя Афродиту.

С этими словами я поклонился Князю, вернул себе прежний облик и открыл дверь назад в трактир Задиры.

– …таться помочь своими подданным! – закончил Лис начатую несколько часов назад фразу.

– Ты не прав, мой древний друг. Мне еще нужно отомстить за Амбец.

Под удивленными взглядами друзей я аккуратно примостил каску на скамью и уселся рядом. Лис вылупился на странный для этих мест головной убор и раскрыл рот, явно не для того, чтобы похвалить меня, но в этот момент открылась дверь и в трактир прошмыгнула Одуванчик в сопровождении криминальной личности, закутанной в темный плащ. Личность выложила на стол десять увесистых мешочков, которые глухо, но приятно при этом звякнули, и, не сказав ни слова, удалилась.

– Все в порядке? – спросил Задира у троллины. Та в ответ кивнула. – Здесь все?

– Магическая гильдия не работает с наличными, они перевели деньги на твой счет в банк коротышек. Просили передать вашему высочеству благодарность за столь щедрое предложение, – с ехидным поклоном сообщила девушка пыхтящему от возмущения Задире.