Волшебная лампа

Внутри упавшей на пол лампы раздался шелестящий звук. Свет в комнате померк. В воздухе запахло озоном, а из носика лампы повалил странный, зеленовато-синий дым. И через пару минут, перед ошарашенно шлепнувшимся на пол мальчишкой, возник джинн.

Это был самый настоящий джинн. Совершенно такой, как показывают в мультиках или фильмах. На голое тело была надета коротенькая жилетка, богато расшитая золотом и драгоценными камнями. Ярко зеленые шаровары и такого же цвета шлепанцы. И все это венчал огромный белый тюрбан с павлиньим пером.

– Слушаю и повинуюсь, повелитель! Что прикажешь? Построить или разрушить город? Добыть сокровища? А может доставить усладу твоим очам и сердцу?

– О! – только и смог выдавить пацан.

Услышав его голос, джинн приоткрыл глаз, и, рассмотрев сидящего перед ним мальчишку, немедленно вытаращил и второй.

– Так это ты, мой новый повелитель? – недоверчиво спросил он, и внимательно осмотрел комнату, словно подозревая, что это шутка, и настоящий хозяин прячется где-то в углу.

– Я, – подтвердил Коля, задетый до глубины души таким поведением, – что-то не устраивает?

– Все устраивает! О услада моих очей и печени, – успокоил его джинн и явно расслабился, – давай, что там у тебя? Желай.

– А что желать? – осторожно уточнил Коля.

– В каком смысле? – подозрительно уставился на него джинн, – Что хочешь то и желай. Чего тебе не хватает – конфет, игрушек? Только запомни, после того, как пожелаешь, назад отыграть нельзя.

– Это можно! – обрадовался пацан, – Значит, я могу пожелать абсолютно все?

– Да желай же! – раздраженно отозвался джинн, – Вот ведь, навязался на мою голову! Сам не знает, чего хочет, а туда же, лампу трет! Спать мешает!

– А все три желания сразу загадывать или по очереди? – дотошно уточнил Коля.

– Что значит все три? – удивился джинн, – В каком смысле?

– А что, меньше?! – возмутился мальчишка.

– Да причем тут количество? Я, кто? Я раб лампы и раб хозяина лампы. А раз ты хозяин, то и желай сколько влезет. Во всяком случае, пока лампа у тебя!

– А в кино…

– О, Аллах! Ну, почему он такой тупой? – закатил джинн глаза, – Слушай, о драгоценность моего сердца, в кино время ограничено, вот и все.

– Значит, – не веря своему счастью, продолжил допрос Коля, – без ограничений?

Джинн только обреченно вздохнул, но промолчал. Весь вид его выражал неподдельное страдание.