Некромантка на факультете таксидермии

– Ва… 

За столом рыжей помимо нее самой теснились еще два человека, с изысканной аристократичностью, как на приеме во дворце, пьющие чай. Про изысканность и аристократичность Аля знала совершенно точно. Как и самых людей.

Бледные лица, черные волосы (у мужчины – коротко стриженые, у дамы – до пояса), черные одеяния. Даже без гемм со знаком магистра-некроманта (перстень у мужчины и медальон у дамы) пару никак нельзя было перепутать с магами иных стихий.

– Ма… – Аля сглотнула, прижимая к себе покрепче сумку, словно ее могли отобрать.

– Мы тоже самое хотели узнать у тебя, дочка, – дама поставила чашку на блюдце, и та даже не звякнула. Аля с самого детства жутко завидовала этому умению мамы, у самой ну никак не получалось.

– Госпожа Роза Белая мне все рассказала, – с язвительной обидой проронила рыжая. – И что зовут тебя не Аля, а Олеандра, и про все остальное.

Аля виновато глянула на подругу, всеми фибрами души желая ей передать, что она ну никак не могла сказать правду! Никак-никак! И, набычившись, повернулась к родителям.

– Домой я не поеду. И в этот ваш университет некромагии тоже не пойду!

– Дочь, ты понимаешь… – попробовал ввязаться в беседу отец.

– Папа! – Аля демонстративно закатила глаза. – Да-да, я знаю и о семейной традиции, и об уровне моего дара, и о том, что Белые – самый сильный род некромантов, и о моих «обязанностях» перед семьей, страной и всем миром, – девушка явно кого-то цитировала, безбожно перевирая и передразнивая. – И о твоей, папа, договоренности с деканом этой вашей некроакадемии тоже знаю.

Похоже, госпожа Роза о ней не догадывалась, поскольку супругу достался очень многозначительный взгляд, расшифровывающийся как «дома поговорим». А Аля тем временем продолжала:

– Но я не хочу! Вы можете это понять! Не хочу я!

Родители переглянулись, в этот раз объединенные общей проблемой «ребенок капризничает и не понимает перспектив своего светлого, то есть темномагического будущего». 

– Но почему?

Аля со стоном уткнулась в сумку.

– Потому что не хочу. Я не хочу ограничивать себя одной сферой, я хочу творить!

Родители вновь переглянулись, и мама прохладно заметила:

– И твое нежелание менять цвет волос на черный тут не причем?

Аля смутилась. Она очень любила свои кудряшки и не раз жаловалась на несправедливость судьбы гувернантке.