Остин

– А если такое и произойдет – расскажи мне сразу, ладно?

– Не произойдет. – Отрезала, потянувшись к его губам. На вкус они были как спелая, сочная, дикая земляника, только что собранная с куста. И я пила и пила эту сладость, пока колени не подогнулись.

Астар подхватил меня на руки, продолжая целовать, и понес к берегу. И больше для нас не существовало ничего: ни проблем, ни озер, ни наступающего на пятки конца света.

*Астар*

Она настолько устала, что отключилась почти сразу, как все закончилось. Я решил, что ночевать здесь будет небезопасно, потому подхватил ее на руки, и понес в лагерь.

На поляне стояла абсолютная тишина, даже сверчки замерли – почувствовали приближение хищника. Я к этому уже привык, потому чисто машинально прислушался: неподалеку стрекотание слышалось довольно отчетливо, а значит – опасности нет.

Не спал лишь Горан – первая половина ночи принадлежала ему. Мы обменялись многозначительными взглядами, и мужчина одобрительно кивнул.

Аккуратно, стараясь не разбудить, я уложил принцессу на лежак из мелких веточек, накрытых одеялом.

Посидев немного у чуть тлеющих угольков бывшего костра, я задумался – может, стоило бы сходить поплавать? После битвы с еретиками дико ноет спина.

Я тихо подошел к Горану, предупредил, и, выйдя за охранный контур, ускорил шаг. В животе заурчало. И только сейчас я понял, что я не мужик. Я полный идиот! Не дал своей будущей жене поесть! И если завтра она упадет в голодный обморок, это будет только моя вина.

Водоем показался раньше, чем я предполагал. Но это совсем не значит, что я не обрадовался. Усталость навалилась внезапно: перед глазами заплясали мушки, ноги подкосились, голова стала чугунной и мысли еле ворочались. Не понимая, что происходит, я упал на колени. Рядом пронеслась сверкающая тень. Глаза сами собой закрылись, и на мое сознание навалилась блаженная темнота.

*Ленни*

Утро началось внезапно: меня будто толкнули.

Я тихонько подошла, уселась возле него, обняла за талию, и осторожно чмокнула в шею. И снова внутри заворочалось какое-то непонятное чувство. Я благополучно списала его на некомфортный, хоть и очень сладкий сон, и отбросила глупые ощущения.