Очень благородный рыцарь и кролик-некромант

Кто ставил на Вольту?

Толпа восторженно отзывалась. А участников состязания постепенно становилось меньше.

Партнёры ехали по угодьям графа и беседовали.

- Это что же, я теперь рыцарь смерти? И мне положен костяной доспех? - рассуждал Вард.

- Он непрочен, носи что есть, - отозвался кролик.

Странно, но Вард не ощущал в себе особых изменений, разве что в боку кололо.

- А мёртвые потеют? И сердце биться должно?

- Наличие сердца не гарантирует жизнь, как и его отсутствие - смерть. С другой стороны, то, что не составляет необходимости для нашей жизни, не обязательно вредит ей.

И вообще, тебе положено не сомневаться, а слушаться меня. Вон, смотри, там какой-то рыцарь пасётся. Давай, сделай его.

Впереди и правда показался рыцарь. Вард озабоченно произнёс:

- А если я снова начну приветственную речь и не смогу остановиться? Мне бывает так сложно перейти от слов к делу.

- Обругай его, само пойдёт.

- Я не умею ругаться. Воспитание не позволяет. Как только хочу сказать плохое слово - оно где-то застревает, а вместо него другие сыпятся, вежливые.

И никак остановиться не могу, словно то, плохое, не даёт рот закрыть.

- Тяжёлый случай. Тогда попробуй так. Хочешь послать кого, говори - спасибо. Засранец - доброе утро. И так далее. Понял?

Вард задумался, повторил про себя, шевеля губами.

- Терять тебе всё равно нечего, - добавил кролик.

- А и правда, чего мёртвому терять? - протянул Вард.

Он хмыкнул, расправил плечи, отсалютовал копьём и пришпорил коня. Другой рыцарь тоже ускорился - видимо не относился столь серьёзно к брани перед боем.

На скаку Вард кричал:

- Здравствуй, доброе утро! Очень рад встрече! Достойный муж!

Удар! - и противник вылетел из седла, а Вард, бросив "Спасибо!", пронёсся мимо.

Из кустов тут же донеслось:

- Рыцарь Барни на поляне пал от рук... Ай!

- Развелось вредителей! - проворчал кролик, подбирая второй камень.

И дело пошло. Вард избавился и от многословия, и от робости и раз за разом выходил из схваток победителем. При этом он говорил "спасибо", "пожалуйста" и даже "Можно я? Я всё равно мёртвый!", когда бросился на изготовившихся к собственному поединку двух рыцарей.

Одного вышиб сходу, второго одолел в схватке на топорах. Благородная белая лиса на щите Варда обзавелась массой шрамов и потеряла глаз от удара клевцом. А славу о подвигах Варда феечки разнесли среди болельщиков, и ставки на психа и коротышку в чёрном росли.

- Скажи, так не лучше?

Из-под капюшона кролика на Варда смотрели глаза-плошки. Под ними торчал клюв.