Серинтайя. Вчера и завтра

-Знаешь, - покраснев, как девочка, Аэлла привалилась боком к стволу, накрывая щеки ладонями, - я после никак понять не могла, почему мне так захотелось узнать, кого в белоягодник занесло. И только недавно поняла. Он пламя. Твой ветер, а Леник – пламя. И сын тоже родится – искрой…

Факелы, прихваченные с собой, оказались как нельзя кстати – стоило освещенной поляне остаться позади, как в лесу заявила свои законные права снежная ночь. Иду света, может, и хватило бы, а за ним и Арлену, но на луну по закону подлости набежали тучи, и пришлось зажигать огонь, рискуя привлечь всех лесных обитателей скопом.

Оставалось надеяться, что нечисть, которой в Буревые положено гулять и пакостить, тоже празднует и двумя пробирающимися по лесу мужиками не заинтересуется. 

С пихты, неведомо как затесавшейся среди дубов, лип и кленов, с шумом сорвалась огроменная снежная шапка, и вслед за снегом взлетело что-то большое. Братья замерли, прислушиваясь, но долго ждать не пришлось: на нижнюю ветку соседней с пихтой лиственницы приземлились существо размером с волкодава, с шелестом встряхиваясь.

Опали перья, блестящим воротником поднимающиеся до середины головы… превратились в подобие плаща крылья… переступили по ветке мощные лапы с загнутыми когтями, на которые спускались самые обычные человеческие штаны… 

-Гхарко! Ронька, смотри, самый настоящий гхарко! 

Этих безобидный летунов, в которых причудливо смешивались птичьи, человечьи и Семеро знают какие ещё черты, знали по всей Срединке. Они никому не делали зла, но и к другим народам относились недоверчиво, предпочитая тайные тропы, скрытые от чужих глаз.

Обычно гхарко не спускались ниже верхушке деревьев, и сейчас летун с любопытством таращился на путников, по-птичьи повернув голову. 

-Привет крылатым! – Наконец не выдержал Лен. – Мы тут это… заблудившихся ищем. Не видел? 

Гхарко заклекотал что-то достаточно утвердительное. Сейчас бы сюда Аэллу! Она с крылачами находила общий язык мгновенно. Но сейчас рыжая была далеко, и приходилось выкручиваться имеющимся.

 

-А раз видел, может, проведёшь? 

Это для гхарко оказалось слишком сложным: он недоуменно клекотнул, хлопнул крыльями и распушил воротник, но улетать не стал. Лис предпринял ещё одну попытку. 

-В лесу дети. Наши. Сейчас Врата. Мы волнуемся. Покажешь дорогу к детям в лесу? 

Это сработало – летун снялся с ветки и, покачиваясь, полетел вглубь леса. Друзья и «мама» сказать не успели, как крылатый силуэт скрылся в темноте.