Доспехи для белки

Значит, пошлют семнадцатый – остальные заняты обычными в это время набегами с запада и нашествиями чудовищ на юге и юго-западе. Поэтому вы хотите задобрить церковников, отправив меня на костер. Вы беспокоитесь за свои шкуры. И чем же это отличается от страха пса, которого загнали в подворотню полсотни котов? Или от страха лани, которую окружает стая волков? Это к вопросу о животном происхождении человека, - спокойно проговорил Итон.

- Ваша осведомленность утомляет. Ввиду того, что ваша смертная казнь – дело решенное… Расскажите, Светоч, как все это началось? Вы на этот момент единственный выживший из того поколения.

..

- Бедная миссис Квохча преставилась? Этого следовало ожидать. Что ж, я поведаю вам о начале… Всегда интересно, с чего все началось…  Началось все очень давно, в ту пору мне было лет на семьдесят меньше, примерно двенадцать…

***

 В те годы я едва ли осознавал концепцию просвещения, как и многие, на заре своей жизни я был лишь ребенком. Отца я не знал, лишь много позже, в архивах, нашел его имя и  род занятий на момент побега из города.

Наш славный Морок он покидал в страшной спешке, судя по замызганной странице в книге регистрации. Неудивительно, что мама вместо ругательств употребляла его имя.

Она держала огромное подворье, одних гусей было едва ли не сотня, куча прочей живности, три коровы, два быка, полсотни свиней и семнадцать котов. Такая точность необходима, ибо все дальнейшие события будут связаны как раз с этим животными.

С хозяйством ей помогали наемники-забулдыги, меня же она отдала в подмастерья к кузнецу Йозефу под железной горой.

Почему именно к нему? О, это целая история…

Судья сурово посмотрел на Итона.

- … которую я постараюсь рассказать побыстрее, - грустно закончил Светоч.

Однажды я гулял за городскими стенами и заблудился. От страха остаться в этом страшном лесу, я прошагал два десятка миль и заночевал в пещере с обратной стороны Железной горы. Огонь я развел небольшой, дерева у меня почти не осталось, поэтому я стал бросать какие-то деревянные брусочки, оказавшиеся патронажем горняка, в котором были металлы всех мастей.

В итоге, когда бруски кончились, я просто упал у костра в надежде на чудо. Чудо, в виде мамы и кузнеца, которые решили срезать путь через гору к этой части леса, дабы прочесать лес, настигло меня под утро. А несколько занятных бляшек, которые мой костерок наплавил из тех брусочков, заинтересовали Йозефа. Через месяц мама отправила меня работать к нему в кузню.