Третье правило стрелка

— С асбестовой прокладкой?

— Конечно.

— Наверное, тоже тяжелый?

— Да уж не из легких. Но что только на себя не наденешь ради стопроцентной гарантии от ожогов.

— А она действительно стопроцентная?

— Конечно. Для рыцарей Круглого стола — все самое лучшее. Оружие, снаряжение, доспехи…

— Должно быть, вам в панцире очень жарко, — посочувствовал Бозел.

— Это точно. Через час ношения доспехов я просто-таки купаюсь в собственном поту.

— Очень негигиенично, — заметил Бозел.

— Я был бы вам очень благодарен, если бы вы мне помогли. В одиночку я его целый час снимать буду.

— Конечно, конечно, — сказал Бозел и помог молодому рыцарю разоблачиться.

— Уф, хорошо, — сказал сэр Дейн, подставляя взопревшее тело легкому прохладному ветерку. — Кстати, а как вас угораздило пойти на работу к этому врагу рода человеческого?

— Вы о моем доверителе?

— О ком же еще?

— Такие, как я, работу не выбирают, — сказал Бозел.

— И где я могу сразиться с вашим доверителем?

— А вы уверены, что вам это нужно? — спросил Бозел.

— Это мой единственный способ продвинуться и войти в рейтинг самых доблестных рыцарей, — сказал сэр Дейн.

— И вас совершенно не волнуют мотивы людей, которые отправили вас на это задание?

— Не особенно. Ведь речь идет о драконе.

— А каждый дракон хоть в чем-нибудь, а виновен? — уточнил Бозел.

— Именно так. Я рад, что вы хорошо понимаете суть проблемы.

— Вы не представляете, насколько хорошо я понимаю эту самую суть, — сказан Бозел. — Значит, вы намерены драться?

— Честно говоря, я предпочел бы застать вашего доверителя врасплох, но если это невозможно… будьте любезны, назовите мне время и место, где я смогу преломить копье с этим монстром.

— А стоит ли копья ломать? — вопросил Бозел и изрыгнул струю пламени, испепелившую беззащитного рыцаря на месте.

Боевой конь сэра Дейна, тупая скотина, натасканная не реагировать на любые внешние раздражители, вполне спокойно отнесся к гибели своего владельца и продолжал пощипывать травку.

— Я бы тебя сожрал, — сказал коню Бозел. — Но знаю, какие вы, ребята, невкусные. Твердые и жилистые.