За гранью добра и зла. Книга 1. Том 2. Шут и Пророчество

Это вполне разумно, ведь здесь не играет никакой роли уровень развития привычного ей мира. Даже если окружающие поголовно средневековые болваны, считающие звёзды дырками в небосводе, а не гигантскими шарами раскалённой плазмы, для повседневной жизни это ничего не меняет. Стоит ли кичиться тем, что, в отличие от оппонента, знаешь философию Гегеля или устройство гиперпривода, если отсутствие этих знаний ничуть не мешает ему снести тебе голову мечом? В зависимости от обстоятельств меняются и ценности, нужно уметь это признавать и стремиться соответствовать.

А возможно, всё гораздо проще? Может, изменился я сам? Когда я только оказался в этом мире, у меня не было ничего, и Мирэ оказалась единственным, что связывало меня с прошлой жизнью. Она не захотела остаться со мной и разделить мой путь, приведший меня за один стол с большей частью Великих Лордов и других сильных мира сего. А будь она сейчас здесь, какую бы роль играла и какое место заняла? Вряд ли она вписалась бы в окружающую меня компанию – просто потому, что сама бы не захотела.

А вот Вайпер во многом разделяет мои взгляды, несмотря на разницу менталитетов. Хотя мы оба не очень-то оглядываемся на свои родные миры, вполне приспособившись жить здесь и сейчас. Впрочем, я не идеализирую её образ, как это было с Мирэ. Меня вполне устраивают наши нынешние взаимоотношения, но я не уверен, что у Вайпер нет каких-то неизвестных мне планов и она внезапно не исчезнет, отправившись куда-то по своим делам и не оставив даже прощальной записки.

Вайпер стояла у окна, рассматривая незнакомые созвездия в небесах. Я подошёл и положил руки ей на плечи.

– Знаешь, ты действительно стала мне дорога за эти несколько дней. Не знаю, чувствуешь ли ты то же самое... Не уверен, что мы сейчас были бы здесь, если бы не прежние взаимоотношения с двойниками друг друга... Возможно, это просто ускорило развитие событий или, наоборот, в будущем всё испортит.

– Я тоже не вижу на твоём месте Либру, с трудом пытающегося связать слова в любовное признание, – усмехнулась она.

– Да, я не мастак красиво говорить, исключая стандартную лапшу на уши, – признал я. – Не умею выражать свои чувства словами. Выходит или бессвязно или слишком рационально.

– И не надо ничего говорить, – пожала плечами Вайпер.