Ульверинн

— Нельзя знать о том, чего не видишь, больше того, кто это видит! — возмутился Гизур.

— Да ну? — усмехнулся Сын Войны, подкручивая ус. — Ты только в роще чьей-нибудь такое не брякни, парень, а то быстро камнем получишь за оскорбление этих... как их, верующих чувств.

Гизур умолк. Ему казалось, что герой снова решил посмеяться над ним — видимо, получал какое-то странное удовольствие от этого. Впрочем, за прошедший месяц Гизур выяснил, что в насмешках Эйнара есть почти неуловимая и едва заметная разница, когда они просто насмешки и когда в них кроется нечто серьезное.

Скальд мог ошибаться, но ему казалось, что сейчас второй случай.

— Значит, я... полубог? — неуверенно произнес он.

— Ну, вроде того.

Гизуру показалось, что в голосе героя послышалось нечто виноватое. Он постарался распробовать это слово — «полубог». Послевкусие оставалось смутное и неясное.

— И что теперь? — почесал нос Гизур.

— Да ничего, — пожал плечами Эйнар. — Живи, как жил. Или чего? Чего-то особенного ждешь?

— Ну... — смущенно протянул Гизур.

— Знаешь, сколько таких как ты по Симскаре валандается? — размял плечи герой, подавляя зевок. — Большинство даже не догадывается, что у них родичи оттуда имеются. Так и живут. Особой разницы-то и нет. Так, приятное дополнение к родословной. Или чего? — он глянул на скальда. — Надеешься, что твоя мамаша захочет с тобой встретиться или признать тебя? Сомневаюсь, что она вообще помнит, что ты у нее есть.

— Но тебя же Отец Война признал, — возразил скальд.

— Ну да, — кисло усмехнулся Сын Войны.

— Когда Старик припер его и завел любимое про слово и чей-то там порядок вещей, который пострадает, если слово не сдержать. Папаша-то от меня, по-хорошему, избавиться хотел, а вышло вон как.

Гизур снова помолчал, борясь с сомнениями.

— Если я тоже полубог, почему у меня нет такой силы, как у тебя? — выразил он их, собравшись с мыслями.

— Может, потому, что у тебя мамаша — Музыка или кто-то из ее семейки? — проворчал Эйнар.

Гизур вздохнул. Объяснение ему не понравилось, однако было исчерпывающим.

Так уж вышло, что Мать Музыка не терпит грубости. Музыка это нечто такое, что исходит из глубины души, и ей не нужны железные кулаки и стальные мускулы, чтобы показать свою силу и покорить окружающих.

— Не обижайся на Судьбу, парень, — подбодрил его Эйнар. — Она сама по себе и, готов поспорить, сама не знает, чего у ней в башке творится. Если б она тогда не захотела над папашей моим пошутить, я б и не стал тем, кем стал.