Девять пауков в одной банке

Охотился я за этим полуорком почти два месяца и за это время порядком успел его возненавидеть. Гаденыш оказался хитрым и будто задницей чуял наши засады. Ну ниче. Я хоть скучать на этой службе перестал.

В конце концов поймали его. Окружили банду. Я своих предупредил: тому, кто вздумает тронуть предводителя, лично выбью все зубы. Угрозу мою оценили. Это в Киммерии я считался низкорослым, а в Аваллоне я — великан ростом в шесть с половиной футов.

В общем, перебили банду, накрыли гаденыша сетями, отобрали оружие. И в самом деле, не поймешь — то ли человек это, то ли орк.

Ни то ни се. Привезли к нам. Попытался я с ним пообщаться — не отвечает. Но по глазам вижу — понимает. Ладно. Завели мы тогда с Никосом Эрбешем беседу о том, как пытать его будем. Громко так говорим, и слова стараемся почетче выговаривать. А потом снова полуорка спрашиваю:

— Ну что, друг любезный, понимаешь нас или нет? Если все еще не понимаешь, прямо сейчас первый урок человеческого языка тебе и преподадим. Вот на этой самой дыбе.

С ненавистью орочий предводитель на меня смотрит и выдавливает полуразборчивое:

— Моя понимать…

Мы с Никосом торжествующе переглянулись.

Прогресс! Можно сказать, почти победа.

— Начнем с начала. — Говорю. — Как тебя зовут?

— Моя Углук.

— Очень хорошо. И чего же ради, дорогой мой Углук, ваше убогое племя нападает на наше славное королевство?

Углук молчит, презрительно на нас с Никосом посматривая. Тоскливо вздыхаю и говорю:

— На дыбу его. Видать, снова с пониманием какие-то нелады. Надо бы прояснить.

— Подожди, подожди! — Поспешно говорит полуорк, и я жестом останавливаю своих людей. — Твоя спросить глупый вопрос. Пусть. Моя ответить. Добыча нужна. Еда.

— Это понятно. — Киваю. — Но вы начали нападать только в последние двадцать лет. И чем дальше, тем вас больше и больше сюда приходит. Что изменилось? Почему вы раньше не нападали?

— Раньше по-другому было. Земля была.

— Где?

— Там. — Махает рукой на юг.

— И что с ней случилось? В болото вдруг превратилась?

— Нет. Отняли.

— Кто отнял?

— Ваши.

— Наши? — Переспрашиваю. — Не пудри мне мозги. Наших на юге нет.

— Ваши… другие.

— Не аваллонцы? Другие люди?

Полуорк кивает.

— И что они?

— Отняли землю. Убивают.

— Сколько их?

— Много! — Волнуется. — Очень много!

— А нас что, мало?

— У ваших птиц нет.

— Каких еще птиц?..

Не буду дословно приводить наш диалог — он был длинным и однообразным. Информацию из орка приходилось выбивать по крупицам. Вопрос насчет птиц так и не прояснялся.