Пикселем по голове

Выбежал наружу и помчался в сторону, противоположную той, куда пошел раскаченный свиномордыш. Этот коридор тянулся между тяжелых дверей камер, за некоторыми из них слышались стоны и какая-то возня.

«Вот они, наконец-то, другие заключенные!» — догадался я. Вполне возможно, что за одной из дверей томилась плененная Элеонора.

— Псс! Мужик! — услышал я скрипучий голос из одной из камер.

Я приник ухом к двери.

— Хочешь сыра? — спросил у меня неизвестный собеседник.

— Да, — тихо ответил я и вдруг понял, как же долго я не ел ничего, кроме закаменевшего хлеба с вонючей водой.

— Вот и я хочу, — грустно ответил голос и замолчал. 

Сколько бы я ни ждал еще возле этой двери, скрипучий собеседник не проронил больше ни единого слова. 

Где-то в одной из камер должна была томиться моя Элеонора. Я представил ее печальное пиксельное лицо, снующих вокруг тараканов, миску с твердокаменным куском хлебом, и ужасающе чувство вины заполнило меня с ног до головы. Ну вот что же я натворил? Она могла бы сейчас скитаться по Аурдении, совершать какие-то великие подвиги, раскачиваться, скармливать верному коню врагов (где, кстати, сейчас ее скакун? мы отвели его в стойло в первый же день, когда Эля вступила в наш дурацкий отряд освобождения крестьян, и потом она его иногда проведывала, когда выдавалась свободна минутка, но что с ним сейчас?.

.) А теперь? Сидит в камере и дожидается, когда станет актрисой на жестоком гладиаторском представлении. Стоп! А что если драться они отправляют только мужиков? Это ж некроманты, черт их знает, чего творится у них в головах. Вдруг девушек они употребляют как-то по другому? Сперва убивают — некроманты ведь! — а дальше употребляют…

От всех этих чудовищных мыслей у меня волосы встали на голове дыбом, и я решил, что не уйду из этого коридора, покуда не узнаю, кто сидит в каждой из камер. Игнорируя дверь своего странного сырного приятеля, я подбежал к следующей, тихонько костяшкой пальца по ней постучал и зашептал:

— Есть кто живой? Эля, ты там?

— Живой есть. Только я не Эля, я дварф.

— Прости, дварф, я ищу Элю, — ответил я и собирался было перейти уже к следующей двери, как гном вдруг торопливо заговорил.

— Эй, не уходи! Погоди! Освободи меня! Отдам за это дело страшный секрет! Хочешь молот Гурдина? Атака +50, просто закачаешься! Я знаю, где он спрятан — вытащи меня отсюда, и он твой.

— Да как же я тебя освобожу? У меня нет ни ключа, ни инструмента для взлома, — растерянно сообщил я.

— А я почему знаю! — рассердился дварф.