Несвятая Троица

Орки озадаченно переглянулись, потом снова уставились на него. Как видно, услышать это имя из уст человека они ожидали в последнюю очередь.

- И что же тебе от него надо? – осторожно спросил правый.

- У меня для него письмо, - невозмутимо ответил Трино.

- В самом деле? И от кого же? – полюбопытствовал левый.

- Извините, но это уже только его дело, - твёрдо ответил маг.

Ещё раз переглянувшись, орки сказали:

- Слушай, парень, давай вот как поступим. Ты нам это письмо дай – мы его Флексу сами отнесём. Честью рода клянёмся, что адресату доставим, не обманем.

- Я благодарен вам за предложение, но, к сожалению, вынужден его отклонить, - ответил Трино с вежливой улыбкой.

- Это ещё почему? – сердито и обиженно спросили орки, - не веришь?

- Дело не в этом, - маг ловко уклонился от вопроса, - дело в том, что к этому письму прилагаюсь я.

- Прилагаешься ты… погоди-ка, - и тут левый орк что-то возбужденно стал шептать на ухо правому.

- Пошли, мы тебя к нему проводим. Только держись ближе к нам и ни с кем не заговаривай.

Благодарно кивнув оркам, Трино пристроился за ними и доверил им себя вести. Плутали свежеиспечённые проводники долго, но Трино, хотя и не был на своём курсе лучшим иллюзионистом, всё же умел ориентироваться в пространстве и не мог сказать, что его намеренно водили кругами.

- Эээ, а ну стоять! - раздался свирепый рык. Трино испуганно обернулся и увидел огромного, почти на две головы выше себя орка, который явно нетвёрдо стоял на ногах.

- Человечек, ыыы, надо же, к нам забрёл человечек, - с трудом выговаривая слова, сказал громила, пьяной походкой подходя ближе, - не испугался прийти ко мне на обед? Молодец! Не бойся, я тебя не больно…

- Извините, это у вас татуировка Кровавого Легиона? - вежливо спросил Трино, указав на бицепс орка, одновременно проворачивая ладонь за спиной в замысловатом жесте.

- А то! – гордо проревел он, выставив вперёд плечо, - кровь, значит, за вас проливал, бессовестные людишки, а вы со мной, как со скотом, неблагодарные…

Тут глаза орка закатились, после чего он упал и захрапел на весь переулок. Провожатые, в это время стоявшие ни живые, ни мёртвые, ибо ни силой, ни ростом с ним поспорить не могущие, недоуменно смотрели на то, как верзила сладко посапывает, лёжа на голой земле.