Идол Красного Пера

- Не в коем случае, - ответил я, - просто я привык, сначала получать, а потом платить.

Отборно выругавшись, форточник закрыл окно и приоткрыл дверь так, чтобы мог протиснуться один человек.

- Я пойду первым, - предложил капитан, взявшись за рукоять сабли и быстрым движением поправил висящий на поясе пистолет.

Возражать никто не стал, но как только он протиснулся в дверь, следом нырнул эльф и Рагдон. Дождавшись стука с той стороны, Ишак, Волк и Гилай проследовали за первой троицей. Я шел замыкающим.

Как только я оказался по ту сторону стены, за моей спиной закрылась дверь.

Вот, что значит крупный, портовый город. А я думал, что стражников в ночную смену будет раза в два меньше.

Форточник вырос слева от меня сразу, после того как закрыл проход. Спокойно, без лишних движений я отдал ему мешочек с монетами и словно по волшебству наши персоны перестали интересовать служителей закона.

- Куда направитесь? – спросил все тот же форточник.

- В доходный дом, - ответил я, - хотим купить проезд до Наноги.

- А не проще на корабле? - спросил стражник. – До Наноги в дилижансе около десяти суток, это все же на другой стороне острова.

- Морская болезнь, - пожал я плечами. – Не могу знаете ли на корабле. Вы бы видели, как я сюда плыл.

- Ну все-все! – перебил меня форточник. – Не зачем таких подробностей. Тьфу ты, аппетит весь испоганил. Шагайте давайте! – махнул на нас рукой стражник.

Всегда радовался тому, что у меня такой подвешенный язык, хотя многих почему-то это раздражает.

Как и предполагалось, страж не захотел вести с нами долгую беседу, особенно когда пояс оттягивает набитый серебром мешочек.

- Доброй ночи, - пожелал я форточнику, после чего мы скрылись в ближайшем переулке, ведущему в сторону доходного дома.

Передвигаясь закоулками, мы вышли на широкую дорогу из крупных, прилегающих друг к другу камней. Эта была по словам капитана, главная дорога ведущая к порту. Хотя это можно было понять и невооруженным глазом. Во-первых, порт был виден как на ладони, хоть и довольно далеко от того места где мы стояли, а во-вторых грязь, которой становилось все больше и больше по мере продвижения к порту.