"Отвертка для Золушки"

Взломщик довольно бесцеремонно встряхнул меня за плечи  и строго сказал: 

- Слушай меня внимательно! Был в моей жизни недобрый час, когда я таки загремел в каталажку. Потом атаман меня выкупил, но не это сейчас важно. Так вот, я сидел в одной камере с типом, который все вопил, что он, дескать, бывший охранник свинцовой тюрьмы Пьомби, сюда попавший по ошибке. И этот мужик мне много чего про ту тюрягу рассказал. 

Меня буквально обдало жаром, а в сердце заколотилась сумасшедшая надежда. Я еле слышно выдохнула: 

- Продолжай! 

- Так вот! Он говорил, что узники, в ожидании суда, сидят, как мы знаем, в дворцовых подземельях.

Взломщик сделал таинственную паузу. 

- После судейского решения стража уводит преступника в свинцовую тюрьму. И туда они переходят по особому мосту. 

- Мосту Вздохов! – так и подпрыгнула я. 

- Точно! А откуда ты знаешь? 

- Рикардо рассказал. 

Я на мгновение пригорюнилась, но тут же снова затеребила взломщика.

- Рассказывай дальше! Про этот чертов мост! Почему он так называется? 

- Из тюрьмы Пьомби никого не выпускают, – печально ответил мальчик.

 - Проходя по мосту и бросая последний раз взгляд в узкое окошко, узник тяжело вздыхает. Поэтому мост так и называется. 

- Подожди, я не поняла! Какое окошко? Раз это мост, значит, с него можно прыгнуть  прямо в канал! На глазах стражников! Даже, если ты утонешь, или пуля настигнет тебя в прыжке, все равно это лучше, чем медленно умирать в ядовитых испарениях свинцовых казематов! 

- В том-то и дело, что нельзя спрыгнуть,  - покачал головой Поджио.

- Спрыгнуть с такого моста невозможно, - раздумчиво сказала я. – И все же это – единственный шанс устроить нашим друзьям побег.

Но я пошла бы и на это, если бы точно знала, когда их поведут в тюрьму по этому Мосту. 

- Да об этом только члены паршивого Совета и знают, - отозвался взломщик. 

- Синьор эль Драко входит в Совет Десяти! 

Дядя Юлиус очнулся от забытья и смотрел на нас серьезно и внимательно, похоже, что-то обдумывая. 

- И что нам это дает? – осторожно поинтересовалась я.