Мемуары рядового инквизитора

Советую завершить ваш разговор в течение получаса. Потом вас будут… отвлекать.

Он оказался прав. Спустившись на этаж, я заметил, что дверь в пыточную распахнута настежь, и два помощника палача усиленно наводят там порядок – отмывают полы, расставляют инструменты, заново настраивают дыбу. Когда-то и мне пришлось побывать в руках таких вот «умельцев». И хотя удалось обойтись без последствий – спасибо, как ни странно, пра Михарю, бывшему целителю! – воспоминания остались самые неприятные.

Камеры узников практически чередовались с «подсобными помещениями» - наверное, чтобы далеко не водить арестантов. Справа они располагались следующим образом: караулка, потом две камеры, потом допросная, потом еще две камеры, потом комната врача и две последние камеры, в одной из которых и сидел Брашко Любечанин. Кстати, напротив его двери находилась дверь в одну из двух допросных – ему пришлось бы только сделать два-три шага по коридору.

Дежурный солдат долго гремел ключами, выискивая среди дюжины почти одинаковых тот, который подходит. Ключи действительно были похожи – настолько, что путались даже привычные охранники, а уж про энтузиаста, который решит выкрасть связку, дабы выпустить одного из пленников на свободу, и говорить нечего – пока не перепробуешь все, нужного не отыщешь. К тому же, их в связке было больше восемнадцати – так сказать, чтобы предоставить возможность выбора.

Эта камера отличалась неким комфортом – во всяком случае, относительно той, где когда-то пришлось коротать время вашему покорному слуге. Никаких охапок соломы на каменном полу, никакой дырки для стока нечистот, никаких цепей и колодок. Дощатый топчан с тощим матрасом и старым одеялом, табурет, прибитый к стене стол, на котором стояли миска и свечка. Ведро с крышкой в дальнем углу – и все. Нет, вру, цепи имелись – стандартные кандалы на запястьях и щиколотках арестанта, и тот, сидя на табурете, рассматривал их с таким видом, словно только что увидел.

Я тоже остановился, рассматривая его.

Парень, как парень, светлые волосы торчат во все стороны. Они слегка запачканы сажей, слегка обгорели. Лицо чуть вытянутое, обычное лицо без особых примет.