Притворщик

– Зачем же так-то, Григорий Борисович?

– А что такое?

– Что с ними?

– У одного повреждена нога и сотрясение мозга, у второго серьезная травма руки, третий отделался легким испугом.

– Водитель?

– А как ты догадался?

«Как я догадался? А везти этих мудаков назад кто будет? Господи, ну и повезло же мне с начальничком!».

– Я же предупреждал Вас, что он очень опасен. Он ничего не просил передать на словах?

– Ты сегодня просто в ударе, Степаныч! Передал, просил оставить его в покое, предупредил, что следующих гостей встретит совсем неласково.

– А может ну его, шеф?

– Как это, ну его? Он мне нужен и он будет на меня работать.

– Вынужден еще раз предупредить, это очень непростой человек и он способен на многое.

– Что-то я не припомню, когда это я просил тебя о чем-то меня предупреждать.

– Виноват, Григорий Борисович.

– Именно, виноват, молодец, что понял. А, знаешь, в чем виноват?

– Ну…

– Совершенно верно, виноват в том, что решил, что кому-то в этом кабинете интересно твое мнение.

Твое дело – выполнять, а мое – думать. Уразумел?

– Так точно, – старый служака встал и принял стойку «смирно».

– Ладно, сядь, не в казарме. Ты главное пойми, не было в вашей конторе при совке толкового менеджмента, а значит и настоящих профессионалов, откуда им было взяться? Вся ваша советская власть была построена на вранье и приписках. Везде врали, понял? Зерна собирали больше всех в мире, а потом его же в Канаде закупали. В Афган влезли как мудаки последние, а там вас сделали как лохов и кто? Крестьяне неграмотные с дедовскими кремневыми ружьями.

Потом в Чечне наваляли по полной. Не было у вас профессионалов, еще раз повторяю, – он явно завелся, – и не надо сказок о мертвой царевне, уразумел?

– Уразумел.

– Вот и ладушки. А этого вашего Скомороха через три сюда в багажнике привезут. Я к нему Чингиза с ребятами направлю. Этот-то точно справится.

Глава 4

Ни в какой Благовещенск я, конечно же, не поехал, еще не хватало впутывать хорошего человека Володю в свои проблемы.

Я решил, что следующая группа товарищей появится на третий день: первый я отводил на возвращение группы героев в родные пенаты и доклад о совершенных подвигах, второй – на принятие решения о направлении следующей группы, третий – на собственно прибытие и начало работы по мне любимому.

Вторая группа работала гораздо грамотнее. Если бы я точно не знал, что меня будут водить, мог бы сразу и не заметить.