Последний богатырь

– Выкалывать ничего не будем, но морду циклопу так набьем, чтобы глаз у него полностью заплыл. Хоть и ослепнет, зато ненадолго, а пока отёк спадёт, мы уже будем далеко. 

– Давай хоть так! – недовольно согласился багатур, он лично считал, что проще и вернее будет всё-же выколоть глаз циклопу.

Договорившись кому как действовать и закончив на этом совещание, богатыри спешились с коней и «пеший по-конному» направились к циклопу.

– Всё равно не пущу! – зарокотал великан, заподозрив, что настырные людишки решили просочиться на «запретку» без коней, пользуясь складками местности.

 

А хитрые и упёртые люди и не собирались уклоняться от активной фазы ратной службы, в смысле уходить от прямого столкновения с циклопом. Первым к циклопу подскочил Барабир и стал кувыркаться и прыгать у того под ногами, отвлекая последнего. Вторым занял позицию Скотти: став спиной к занятому багатуром гиганту, и, оглядываясь, чтобы случайно не пропустить удар дубиной, он сложил перед собой руки ковшиком, словно намеревался плеснуть себе в лицо невидимую воду.

Убедившись, что его помощники выполнили свои части намечавшегося «марлезонского балета», Перебор Светлогорыч, поправил усы, и начал разбег. Ах, вот что они задумали!

Добежав до варвара, рунич запрыгнул тому на руки. Крупный Рогатый Скотт, приняв приличный богатырский вес, охнул и просел, но собрался с силушкой и подбросил Перебора вверх, уподобившись живому трамплину. Лети, богатырь, лети!

– Циклопище! – крикнул Светлогорыч на взлёте.

Откликнувшись на призыв, гигант развернулся в сторону крика и… получил добрую серию богатырских прямых, хуков и апперкотов. Проведя блестящую комбинацию ударов, Перебор Светлогорыч упал на землю и откатился в сторону. И вовремя. Ошеломлённый таким боксёрским коварством, циклоп закатил подбитый глаз и… плашмя рухнул на землю, подняв клубы пыли. Это был глубокий нокаут! Так его, жадину-непущатину!

Обрадованные своим победным натиском, путники подождали пока рассется пыль, отряхнулись, подозвали ошалевших от увиденного лошадей и, взобравшись в сёдла, уже собрались отчаливать дальше по намеченному маршруту.

Тут застонал, приходивший в себя циклоп (всё-таки приходится констатировать, что крепкая у него голова оказалась – так быстро очухаться, после зубодробительных богатырских тумаков, – а может просто из-за того что мозгов маловато?).

– Стойте! Не уезжайте! – слабо простонал поверженный гигант, пытаясь сесть.