Последний богатырь

– Феминист, противный! – вторили им молодые и симпатичные братики Гомесы (дальние родственники цирюльника Гламури).

– Всех троих на дыбе четвертовать! – приняла резолюцию толпа и стала наседать. Откуда ни возьмись, появились горные тролли и гоблины с боевыми, а не травматическими арбалетами, те самые у которых всё здесь было схвачено и скуплено. 

Положение осложнялось ещё и тем, что смеркалось. Как бы в темноте не потерять корабль с «тюрбаном».

– Отходим к морю! – скомандовал Перебор Светлогорыч своим товарищам, тоже решив не мараться и не воевать с этими полоумными женщинами, «старичками» и братьями Гомесами.

– Там нас ждёт корабль у дальнего пирса. Я пробиваю дорогу! Барабир! Да спрячь ты меч, ещё зацепишь кого! Барабир, ты за мной! Скотти – как обычно прикрываешь спины! – богатырь дождался пока его маленький отряд выстроиться за ним в кильватерный строй и, подбодрив их удалой репликой – Погнали наши городских в сторону деревни! – направил Приорушку через обезумевшую в гневе толпу.

Не без труда одолев человеческое море (кажись всё таки парочку Гомесов они затоптали), путники вырвались на дорогу, ведущую к настоящему морю и поскакали к пристани. Над ними то и дело свистели, пролетавшие арбалетные стрелы, а за спиной слышались проклятия устремившейся в погоню толпы. Если так дело пойдёт и дальше, оглянувшись, отметил богатырь, то придётся всё-таки дать им бой. А не хотелось бы! Полгорода придётся выкосить, прежде чем преследователи успокоятся.

 

Выехав на пристань, богатырь поскакал к дальнему пирсу, где стоял уже с поднятыми парусами корабль «тюрбана». Сам старичок суетился у трапа своего корабля с масляным фонарём, словно маяк, указывая своё местоположение. Поняв, что его заметили, а также догадавшись, что за его потенциальными клиентами мчится, чуть ли не весь город, «тюрбан» кинулся поднимать якорь. 

Перебор, Скотти и Багатур прямо на лошадях влетели по трапу на корабль.

 

– Скорее отчаливай, друже! – весело крикнул богатырь капитану корабля, кажись ушли от погони без кровопролития.

– Пиристягуйте рейминя! – оскалил зубы в улыбке «тюрбан», стоя у штурвала с кучей непонятных рычажков и трубок. – Взилитаем! – капитан дёрнул за рычаг, и корабль стал… подниматься вверх, – Пюрющай зимеля!

Несколько настырных, потерявших страх «старичков», карабкавшихся по трапу, рухнули вместе с трапом в воду.