Последний богатырь

Только в егошнем «кошмаре», великий и могучий пращур Олдин, почти так же не пускал его в священную Валлогаллу, аргументируя тем, что якобы рановато в его нежном возрасте на пиру варварском куролесить. А когда варвар «проснулся», то увидел впервые Матушку Йогиню. Вспомнил всё это Скотти, но не стал спутникам рассказывать, чтобы «повторюшкой-хрюшкой» не прослыть и чтобы как-то заполнить затянувшуюся паузу, добавил:

– Ну, и?! 

– Что «ну, и»?! – осерчал богатырь, уж больно странно и придирчиво с утра вели себя эти двое.

За ним в полном смятении чувств поскакали, прикоснувшиеся в эту ночь к чему-то таинственному и запредельному, его спутники, а на карагаче лёгкой зыбью подрагивали ветки, на которых содрогалась в беззвучном смехе невидимая глазу старушка.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

А тем временем, пока наши путники преодолевали последние вёрсты Диковатого Полюшка над первопрестольным Нерезиновградом стали сгущаться невидимые для невооружённого интеллектом глаза тучи.

С убытием богатыря в стольном граде стало неспокойно. Князь загрустил не на шутку, совсем забросил и так через пень колоду идущие государственные дела (от расстройства своей личности он «по совету друзей» даже чуть парламент на манер «ахлицкого» не ввёл, да вовремя одумался). 

Только и делал, что вздыхал Свистослав Златоглавый, вспоминая утраченное душевное спокойствие, когда где-то недалеко околачивался Переборушка со своей врождённой жаждой справедливости, любови к земле родимой и, что самое главное, с неиссякаемой силушкой богатырской.

Дальше больше: как по команде активизировались полномочные иноземные послы. Шевалье Фан-Жулиян, сеньоритер Педроссо и сэр-пэр Мак-Гнильи так и начали виться вокруг сникшего князя, наперебой предлагая посильную дружескую помощь в управлении страной и перспективными отраслями в частности.

До этого обычно трусливые бояре, видя такое дело, слегонца обнаглели и, под шумок, из казны деньжата стали растаскивать, якобы для нужд тех самых отраслей, да по заграницам их (не без помощи вышеуказанных послов) вместе с многочисленной роднёй распихивать.