Последний богатырь

Пропетляв по тоннелю, наши герои вышли на большую террасу почти уже у вершины горы, которая по форме и размерам больше походила на палубу авианосца, случайно застрявшего в горах.

– Садитесь! – отдал указания дракон, по-кошачьи подобрав лапы для разгона. –Попробуем взлететь.

Вертелось у блаженного на языке несколько острых фраз по поводу «проб и ошибок», но сдержался он, не стал отвлекать внимание дракона от такого ответственного шага, как шаг в пропасть. Вместо этого Савко, молча, занял место сразу за Перебором на широкой драконьей спине и, обхватив мощный торс друга, стал морально готовиться к полёту.

Совсем чуть-чуть не успел приготовиться.

– Держитесь крепче! – заревел как контуженый… хотя так и есть, слегка контуженый, Светлогор. – Начинаю разгон! – дракон расправил крылья, рванул с места в карьер и диким мустангом поскакал к краю обрыва, –Пятьдесят, сорок, тридцать, двадцать, десять, – на бегу отсчитывал он оставшиеся метры до пропасти, – три, два, один, старт!

Лапы дракона оторвались от холодного гранита и троица, вся как один вошла в крутой штопор.

То ли груз был слишком тяжел для дракона, то ли места для разгона маловато оказалось, это уже не суть важно было. 

Вот голосящая компания вошла в застрявшее у расщелины облачко и пропала. На этом видимо сказке пришёл полный конец, а кто слушал… погодите, а кто это там с другой стороны тучки, прямо у груди другого утёса-великана взметнулся в небо синее. Не может быть! Это наш дракон справился с волнением и своими крыльями, и теперь, с людьми на борту, то есть на горбу (эти тоже молодцы, удержались и не вывалились во время пике), направился прямиком на заход, унося вместе с пассажирами и легендарный Златорез.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Весь, день летел дракон, не чувствуя усталости, всю ночь летел, без передышки и «дозаправки», лишь бы поспеть вовремя, лишь бы доставить воздушный десант к месту операции. Чтобы не уснуть, просил он рассказать друзей про Рунию славную, чем нынче дышит отчизна, чем живёт. Словоохотливый Савко прочитал ему краткий курс лекции по новейшей истории отечества, да так объёмно, что Перебору и добавить-то нечего было.

Только на вопрос о матери он смог дать исчёрпывающий ответ. Услышав, что сталось с его первой и последней любовью, дракон-богатырь нахмурился и замолк, лишь сильнее крылами заработал, грусть-тоску отгоняя прочь.

Вот уже и утро следующего дня солнцем озарилось, а дракон всё летел и летел, удивляясь своей взлётно-подъёмной силушке богатырской.