Последний богатырь

– Да, пжалста! – щедро «позволил» распоряжаться, Савко, по большому счёту, своей законной добычей и вернулся к подсчёту уже практически своего золотишка. 

Богатырь склонился над драконьей мордой. 

– Не делай резких движений, ясно?! – качнул бревном Перебор, показывая тем самым, что у него всё под контролем.

– Ясно! – ответил дракон, ещё бы ему было неясно.

– А теперича отвечай, что ты подразумевал, говоря, что мой отец жив?

Дракон озадаченно посмотрел на богатыря – что же ещё можно подразумевать под тем, что он сказал, якобы его отец жив, кроме как того, что его отец жив, конечно, при условии, если богатырь сам ничего не перепутал в своей первоначальной истории про своего якобы отца.

Вы тоже запутались, дорогой читатель, и потеряли причинно-следственную нить повествования? Не переживайте, сейчас, проведём очную ставку и все тома этого «глухаря» расставим по своим полочкам. Тем более что дракон начал «колоться», на следопыточном официальном жаргоне – давать показания.

– Это длинная история, – обнадёживающе прохрипел дракон.

Словосочетание «длинная история» говорит о том, что существо готово к «чистосердечному признанию», при условии, что ему засчитается ещё и «явка с повинной».

– Ничего. Ты детали опусти, суть только поведай, – приготовился богатырь «записывать на корочку» показания «потерпевшего» и «подозреваемого» в одном лице. – Только, чур, не врать.

– Хорошо! – ответил дракон. – Если ты прекратишь меня душить, я попробую всё объяснить.

– Валяй! – ослабил давление на упёртую в горло ящера ногу, Перебор.

– Эта история началась лет эдак пятнадцать-двадцать назад, – начал дракон излагать свою версию «длинной истории».

– А точнее дату назвать нельзя?! – подал голос Савко из-за драгоценных холмов. Оказывается, одним ухом он всё же принимал участие в «допросе».  – Уж больно временной разнос великоват. Давай-ка конкретней.

– Точнее я не помню, – парировал дракон. – Здесь календарей не имеется.

– Допустим, что не помнишь, – согласился с доводом дракона богатырь.

– В ту далёкую пору, жил-был на земле рунийской, богатырь, тоже рунийский, – продолжил дракон. – Многими славными делами он прославился. От всяких-разных напастей оберегал он землю родимую. Не давал ни супостату иноземному, ни шушере местной поганой разгуляться в чертогах отечественных.

– Давай ещё покороче, – потребовал Перебор, тоже, кстати, богатырь рунийский, пусть и не такой заслуженный как тот, из драконовского рассказа.