Последний богатырь

Поворчал ещё, военный советник покрутился, да делать нечего, прилёг на одну полу халата, укрылся другой и уснул практически уже мёртвым сном. «Алинушка», согревшись, вернула рубаху богатырю и по возможности «почистив пёрышки», улеглась рядом с Савко-блаженным. 

Сделав вид, что тоже уснула, коварная бестия, сквозь прикрытые веки продолжила наблюдать за богатырём, ожидая, когда тому надоест играть в дисциплинированного часового, и он тоже завалится спать. 

Прошёл час, другой, а Перебор, усевшийся в позе недремлющего лотоса, казалось, вовсе и не думал засыпать.

Богатырь сидел с открытыми глазами, не шелохнувшись, и сосредоточено слушал звуки ночного болота. Единственное, что он сделал, за всё время бодрствования, так это вновь стянул с себя пропитанную богатырским духом рубаху и аккуратно укрыл, как ему показалось, продрогшую «Алинушку», по самые брови. Обладавшая обострённым обонянием, а точнее нюхом, девушка поморщилась, едва не чихнув, но стягивать рубаху с себя не стала, ведь она «крепко спала».  

Этот альтруистический жест одновременно и понравился, и рассердил девушку. Понравился тем, что противник на поверку оказался не таким сексуально озабоченным дикарём, какими рунийские богатыри описывались в учебниках по спецпсихологии и уголовной патологии. А вот почему рассердил, тут даже она сама не могла точно сказать: может, как раз за то, что противник оказался не столь ужасным, как хотелось бы, а может, потому, что он ухаживал за ней ненавязчиво и… как бы это сказать, как за простой смертной рунийской девицей.

 

Короче говоря, это противостояние с руничем её весьма заинтересовало своей неординарностью.

С такими мыслями хитрая бестия и не заметила, как уснула спокойным сном с радужными сновидениями без привычной кровищи.

Проснувшись ранним утром, девушка не спешила давать знать о том, что уже не спит. Осторожно приоткрыв веки, она обнаружила своих противников, сидевших в утреннем тумане на краю островка и тихо переговаривающихся.

– Я же говорю тебе, я ещё раз осмотрел подходы к острову, как рассвело, результат тот же: мы посреди болота, и выхода, в смысле хоть каких-то кочек, и в помине нет, – вполголоса, чтобы не разбудить «Алинушку», говорил Перебор. – У нас даже шеста или ветки нет, чтобы попробовать нащупать брод какой-нибудь. Кажись, мы в полной за… – богатырь глянул через плечо на «спящую красавицу», – … западне.