Наше будущее

- Это тоже решаемо, - разрушил Дима мои надежды. – Надо только нейтрализовать в материале отражателей электромагнитные связи и тогда межатомное взаимодействие сделает его идеально крепким. По твоему как холодный синтез происходит?

Я насторожено вгляделась в парня:

- Ты мне сейчас байку про идеальный меч и нерушимый щит рассказывал?

- Нет, что ты! – заулыбался Дима.

- Ты же врешь, по глазам вижу. Ох, зря я тебя уговорила на волхва учиться, надо было тебя в маги отдать.

- Итак, добро?

- Добро, - сдалась я, лишь бы поскорее закончить интервью.

- Думаю, что добро придумали люди, слишком слабые для зла.

Я мысленно схватилась за голову.

Обучение волхвов заставляло человека принимать окружающее как есть, без оценочного суждения о вещах или событиях. Только до этого этапа надо избавиться от старых убеждений, а они обычно идут вразрез с прошлым опытом. Ничего, немного здорового цинизма ему не помешает. В любом случае, спрашивать, как он раньше об этом думал, уже бесполезно.

На выходе я столкнулась с Ромчиком:

- О, моя контрольная группа! – обрадовалась я.

На всякий случай я обнюхала робота, но он пахнул как и должен пахнуть – теплом, металлом и машинным маслом.

- Страх, добро, полеты к звездам, - без церемоний огорошила я РМ-4.

Зеленые фотоэлементы робота укоризненно вспыхнули:

- Ты же знаешь, что мы не испытываем страха.

Я плюхнулась назад на диван, вальяжно приглашая его к ближайшему креслу.

Дима не стал уходить, приготовившись к бесплатному развлечению.

- Если нет страха, то нет и желаний.

- Ты об этом, - протянул Ромчик. – Да, понимаю. Желания людей и А-форм очень родственны их страхам. Можно даже сказать, что они являются одним и тем же проявлением сути человеческой души. Я бы сказал, что у меня есть стремления.

- И какое самое главное?

- Сохранить себя. Кажется, у вас это называется инстинктом самосохранения. Катя, ты разочарована?

Я опустила голову, чтобы скрыть улыбку:

- Мне столько раз приходилось видеть, как твои сородичи жертвовали собой ради других…

- Я бы сказал, что роботы добрые, - вставил слово Дима.

- Кыш, - махнула я на него рукой, – мешаешь. Они…

- Не добрые, - закончил за меня Ромчик. – Это в самом деле так, потому что в этом и есть ответ на второй вопрос. Жизнь самое дорогое, что есть на свете, поэтому каждый из нас стремится сохранить ее.

- Тогда что такое добро? – заинтересованно наклонился вперед Дима, стремясь понять своего товарища более полно.