"Лунная дорога"

- Чего ж сразу не казнили, как министр велел?

- Нельзя. Ее величество сказала, что сначала сама с преступником поговорит. Чтой-то он такое важное, вроде, знает.

- Нам-то какое дело? Ладно, пускай здесь пока поваляется, а с утра – на допрос поведем.

Грубые голоса стражников отдалились и затихли.Я медленно сел, держась рукой за затылок. Там пульсировала болью неслабая шишка. Перед глазами до сих пор плыли цветные круги. Я проморгался и попытался встать, хватаясь за стену.Кажется, мне это удалось. Так, теперь надо оглядеться, чтобы понять, как говорит Микки, «что у нас плохого».

Я повертел головой, в которой тут же звоном и гулом отозвалась резкая боль.

Находился я, судя по всему, в самой обыкновенной тюремной камере. Холодные каменные стены, небольшое, забранное решеткой окошко и какое-то подобие деревянного топчана у стены. На всякий случай я коснулся покрытых влагой и плесенью камней. В рыцарских романах герой, попадая в такое неприятное место, как правило, быстро обнаруживал тайный, неизвестный даже владельцу замка, подземный ход.

И успешно бежал из застенка, оставляя в недоумении стражу.Но то – в книгах! А жизнь, как говорится, «свои романы пишет». И в них такой легкий путь из неволи не предусмотрен.

- Приветствую вас, собрат по несчастью, – чей-то звучный, чуть насмешливый голос прервал мои грустные размышления. – Вижу, полное отсутствие какой бы то ни было художественной мысли в оформлении этого помещения, повергло вас в шок. Да, уж цветовая гамма однообразна, мебель убога.

. Но приходится работать в тех декорациях, что предоставила нам судьба. И играть свою роль достойно!

Я удивленно обернулся на голос.

Из соседней камеры на меня с легкой улыбкой смотрел мужчина лет сорока. Каштановые, тронутые сединой волосы рассыпались по плечам. В темно-карих глазах плясали янтарные огоньки. Он сидел в небрежной позе, закинув ногу за ногу и опираясь локтем на какой-то каменный выступ. Меня поразило, что от всей его фигуры исходило ощущение силы и спокойной уверенности.

И этому нисколько не мешала тяжелая цепь вокруг пояса, которой мой собеседник был прикован к стене, и свежий кровоподтек на его щеке.

- Итак, поведайте мне, юноша…

Мужчина не успел договорить. Из тюремного коридора донесся хриплый голос стражника:

- Заключенным разговаривать запрещено! Именем закона приказываю вам заткнуться!

- Именем какого закона? – невозмутимо поинтересовался узник.

- Чего? – тупо переспросил тюремщик.

- Вы сказали «именем закона».