Печатник. Печать Тьмы

Тот вскинул было руки, пытаясь защититься, но юноша оказался проворнее. Он выхватил из кармана кусок войлочной обмотки и сунул его в рот деду:

— Пчелы побрезговали, так хотя бы тебе пригодится. Ты, главное, особенно не принюхивайся, — дал он добрый совет старику.

— Малыш, не поднимай сундук слишком высоко, а то нашему цирюльнику неудобно. Хабар, ну что ты копаешься? Живо, живо кабрровы дети, пока нам хвосты не подпалили.

— Атаман, мне кажется, что наш профессор больше не будет шуметь.

Ты ведь не будешь больше шуметь? — любезно поинтересовался Айвен, присев рядом со стариком на телегу. Тот утвердительно кивнул.

— Брось его, и займись сумками, — отмахнулся Хорт, — но посматривай, чтобы не задохнулся. Нам лишний покойник не нужен, а уж тем более — неупокойник. Кто их, профессоров этих, знает?

— Я вытащу кляп, а ты пообещаешь себя тихо вести. На вот, дедуля, яблочком угостись. У меня их много! — доверительно произнес «пузырь» и указал на сумку, набитую яблоками, собранными со дна телеги.

 

Дождавшись кивка, он вытащил кляп и сунул на его место огрызок. Ласково потрепав старика по щеке, он выпрямился и, осторожно ступая среди разбросанного по дну телеги мусора, двинулся к сумкам.

Выплюнув яблоко, историк тяжело вздохнул и бессильно уронил руки. Халат на нем распахнулся, обнажив бледную старческую грудь, покрытую длинными шрамами. Судорожно подхватив полы своего одеяния, возница неуклюже закутался в него, нечаянно сбросив локтем с телеги пару черепков.

Снизу раздались сухие щелчки — разбросанные по дороге цветные камни пришли в движение, потревоженные упавшими обломками, и покатились, сталкиваясь друг с другом.

Хорт, погрузившийся в раздумья, услыхав этот стук вдруг встрепенулся и осмотрелся по сторонам, но вокруг, как и прежде, не было ни души.

— Все, отходим! Что не успели собрать …

Но договориться он не успел — раздавшийся со стороны телеги оглушительный треск, сопровождаемый отчаянным воплем, заглушил его голос.

Кричал Айвен. К нему уже сбегались остальные, пытаясь выяснить, в чем дело. 

Как оказалось, одна из досок, видимо совсем прогнившая, проломилась, и левая нога юноши провалилась по самое бедро. Общими усилиями удалось успокоить орущего «пузыря» и высвободить ногу. Выглядела та просто ужасно: острые щепки изорвали в клочья штаны и исполосовали ногу. Зуб атамана снова начал покалывать.