Наследие тьмы

Я чувствовал, как Тьма упивается моим гневом, жадно хватая каждую его частицу. Представляешь, что случится, если десятки тысяч живых существ начнут одновременно резать друг другу глотки?

– Она сможет освободиться. – Чистый голос не принадлежал никому из находящихся в помещении мужчин.

– Я, кажется… – Альбинос как раз собирался всерьез разозлиться, когда зал озарила вспышка золотого света.

– И вы должны не допустить этого. – Появившийся в комнате мужчина в сверкающей золотом броне приветливо улыбнулся. – Надеюсь, я не помешал?

Вместо ответа магистр и Император почтительно склонили головы перед Светлым богом, а альбинос недовольно фыркнул, но все же коротко кивнул.

– К сожалению, я принес печальные вести. – Светлый Ульв медленно обвел присутствующих грустным взглядом. – Несмотря на все наши усилия, приближения темных времен не избежать.

– Мы как раз об этом говорили. – Фаргред выпрямился, бросив взгляд на Эрика, с трепетом разглядывающего своего далекого предка.

– Я знаю. – Устало вздохнув, бог прикрыл лучащиеся добротой и теплом глаза.

– Ваши помыслы правдивы, а мысли чисты, и это вселяет в меня надежду на светлое будущее нашего мира.

– Насколько же все плохо, что даже в богов необходимо вселять надежду? – Альбинос потер красные глаза и протяжно зевнул, прикрывая лицо широким рукавом мантии.

– Надежда умирает последней, предпоследним умирает надеющийся. – Фаргред внимательно смотрел на Светлого бога, обратившего свой взор на Императора.

– Ты похож на отца, Эрик. – Оставив без внимания слова пятого магистра, Ульв приблизился к своему потомку.

– Я чувствую в тебе свою плоть и кровь и верю, что под твоим началом добро и справедливость не покинут земель Империи, а покуда в сердцах людей есть место для Света, существует надежда. – Он перевел взгляд на лорда Драуга. – Надежда не умирает, мой друг, она лишь тускнеет, но неизменно находит отражение в душах нуждающихся в ней.

– Трудно спорить с богом: ты ему слово, а он тебе – провидение, – пожал плечами магистр.

– Все так же скрываешь свою доброту под колкостями, – мягко улыбнулся Ульв.

– Но сейчас не время для споров, я пришел не за этим. Грядет война, и вы знаете это, но битва не столь важна, как то, что стоит за ней, и то, что неизбежно вернется в этот мир.

– Это мы и так знаем. – Магу удалось справиться с зевотой, и он, тряхнув головой, ненадолго сбросил с себя ласковые объятия дремы, неизменно донимавшей его последние сутки. – Нам вообще не вмешиваться?

– Нет… – прошептал Ульв.