Северные волки

— Это ж надо, какая красотища… чего мы раньше сюда не приехали-то? — Тред оставил глаз в покое и теперь, как и его молодой друг, непрерывно вертел головой по сторонам.

— Потому что мы наемники и воины, а не ценители красоты и деятели искусств. — Берсерку удалось справиться с собой. — Когда я читал о городах остроухих, то не представлял, что написанное окажется правдой. Я думал, что в текстах нарочно все приукрашивают, а оказалось, что не договаривают…

— Да… — неопределенно выдал Марк.

По-прежнему молчавшая Энвинуатаре вновь накинула на голову капюшон и уверенно вела отряд по широким, устланным зеленым ковром тропинкам. Иногда она ненадолго замирала, словно к чему-то прислушивалась, но вскоре вновь продолжала путь. Посмотрев под копыта своего коня, Вегард сделал вывод, что трава здесь тоже не простая. Стоило лошадиному копыту подняться, как придавленные им травинки сразу же выпрямлялись, будто ничего с ними не произошло.

Навстречу отряду стали попадаться эльфы. Они с любопытством разглядывали людей своими яркими, слегка раскосыми глазами и приветливо улыбались им. Северян, как всегда, удостоили особого внимания. Вечно юные эльфийки игриво стреляли в них глазками, лукаво улыбаясь и перешептываясь друг с дружкой. Некоторые эльфы тоже вели себя подобным образом. Но если в случае с женщинами воины позволяли себе ответные улыбки, то здесь они вели себя совершенно иначе.

— Еще раз так сделаешь — и я схвачу тебя за голову обеими руками и буду поворачивать ее, пока не оторву, — зловещим шепотом пообещал он побледневшему от страха мужчине и разжал пальцы. Эльф, смешно дернув ногами, свалился на траву, а северянин продолжил свой путь, свирепо зыркая по сторонам.

— Может, не следует быть таким грубым? — аккуратно поинтересовался Марк, оглядываясь на держащегося за горло эльфа.

— Раз ты такой вежливый — иди и помоги ему, — буркнул Тред, — уверен, уж он-то найдет способ отблагодарить тебя за доброту.

— Спасибо, как-то не хочется… — Марк слегка вздрогнул.

— То-то же, — понимающе улыбнулся северянин. — Надо бы мне заняться твоим воспитанием, все равно делать нечего.